Сидя на теплой платформе, с томлением и смущением вспоминала взаимное зачарование у источника, долгожданное и искреннее признание Шэнли. Оно казалось слишком ярким и сердечным для сиятельного кедвоского лорда, главы славного рода Адсид, обсуждавшего с черной драконицей принцип действия кристаллов, необходимых для определения силы магического дара. Лорд выглядел сосредоточенным и по-деловому собранным, я ощущала его спокойствие и умиротворенность, так болезненно не сочетающиеся с моей растерянностью.
Мне нужно было подтверждение тому, что признание не продиктовал ему транс, превративший действительность в сладостное и восхитительное умопомрачение! Мне нужно было поговорить с Шэнли, а не с Верховным судьей, в которого он превратился сразу после того, как рассеялся купол, защищавший нас у источника! Но я понимала, что с откровенными разговорами, если он захочет их со мной вести, придется подождать до столицы.
Пытаясь успокоиться, подавить наверняка тревожащие его эмоции, я недалеко ушла от стоянки в поисках съедобных растений. Тратить время на охоту никто не хотел, запасы заканчивались, и мои находки всегда принимали с воодушевлением.
Выдолбленную тыкву с горкой наполнила лесная земляника, руки маслянисто пахли зеленью из-за стеблей земляной хурмы, я осторожно подкапывала куст, чтобы добраться до новых плодов. Слышно было, как Сюррен разговаривает с кем-то о лошадях, как Видмар ломает сухие ветки для костра.
— Леди Льяна, — раздался в нескольких шагах глубокий голос Шэнли.
Я мысленно поморщилась — официальное обращение казалось мне совершенно неуместным и даже в чем-то кощунственным. Удивительно, что драконьи супруги не испытывали с этим никаких сложностей. Γоворя друг о друге, неизменно упоминали титулы. Они таким образом диктовали всем манеру поведения, идеально подходящую посольскому приему или королевскому балу, но никак не дороге по пустоши.
Встала, благожелательно улыбнулась русоволосому мужчине, остановившемуся в шаге от меня. За его спиной на опушке лорд Старенс разговаривал с эльфом-воином. Тот, заметив движение, повернулся в мою сторону. Встретившись взглядом, легко улыбнулся, кивнул. Вездесущие наблюдатели…
В следующее мгновение за спиной Шэнли выросла преграда-иллюзия. На этой магической картине я на примере объясняла, как правильно доставать плоды хурмы. Пораженно посмотрев на стоящего рядом мужчину, встретила его ласковый и немного лукавый взгляд.
— Нам нужно поговорить, а я не хочу, чтобы у наших бесед были свидетели. Хоть и достойные доверия.
Я кивнула и промолчала, сцепив задрожавшие от нахлынувшего волнения пальцы. Он приблизился на полшага, маслянистый запах земляной хурмы смешался с уютным ароматом его духов, сердце зашлось стуком. Мой дар потянулся к магии Шэнли, почти нестерпимо хотелось обнять его, но я, затаив дыхание, ждала. Чувствуя, как полыхают щеки, заставляла себя смотреть в серые глаза.
— Сразу перейду к сути, — твердо сказал мужчина. — Я люблю тебя, Льяна.
Я выдохнула, не скрывая облегчения. В сердце будто распускался чудесный цветок, по телу волной прокатилось тепло, собственные страхи и сомнения показались мне глупыми и лишенными всяких оснований.
— Я тоже люблю тебя, Шэнли, — глядя ему в глаза, призналась я.
Он обнял меня, привлек к себе. Вкус и страстность поцелуя пьянили, возникло ощущение полета и невесомости. Наша магическая связь сияла, искрилась, дары проникали друг в друга, и это единение стало неземным наслаждением. Он обнимал меня нежно, бережно, я гладила кончиками пальцев его шею, любуясь счастьем в его взгляде, мечтала, чтобы это сладостное помешательство никогда не закончилось.
— У меня нет с собой кольца, хотя я обычно предусмотрителен, — улыбнулся Шэнли. — Надеюсь, ты простишь мне вынужденную задержку с помолвкой.
Я кивнула и легко поцеловала его в губы:
— Прощу. Но только, если ты там, за барьером, не превратишься в общении со мной снова в Верховного судью, кавалера ордена Абарута и прочее.
— Мне самому эти дни дались очень тяжело, — признался он. — Но посвящать в наши дела посторонних я посчитал неправильным, а как создать такую защиту с иллюзией, не знал. Это драконье волшебство, формулу которого лорд Старенс дал мне только что.
Прижавшись к моему Шэнли, выдохнула:
— Я рада, что он поделился. Не знаю, как выдержала бы дорогу до столицы без этого разговора.
— Я тоже, — тихо ответил он, обнимая меня.
Откровенная беседа нам обоим пошла на пользу, усилила нас и нашу связь. Теперь, даже когда мы просто сидели рядом, я чувствовала влечение его дара, отклик своей магии. Он, как и я, явно наслаждался этими изменениями. Мы оба были счастливы, и скрыть это оказалось невозможно. Спутники часто поглядывали в нашу сторону, улыбались, но никто не позволил себе ни замечаний, ни намеков.