— Для этого и создано «Семейное спокойствие», — куда теплей улыбнулся он и вышел.
Замок щелкнул, я обессилено села на пол, закрыла глаза и вздрогнула, вновь увидев лицо лорда Такенда и летящую склянку с «Удушьем». Знать бы еще, откуда берутся и что означают эти сны…
В кабинете лорда Адсида пахло свежемолотым кофе, рядом с ещё незажженной горелкой стояли джезва и чашки с блюдцами. Чуть поодаль — металлическая коробка, по всей видимости, с печеньем. Ректора в кабинете не было, из-за закрытой двери в спальню доносились шорохи.
К тому моменту, как лорд Адсид, надевший темно-серую с черной отделкой мантию, вышел в кабинет, я сварила кофе и аккуратно разливала отстоявшийся напиток по чашечкам. Магистр улыбнулся, с явным удовольствием вдохнул аромат и подошел к столу.
— Мне очень жаль, что вы из-за меня не выспались, — покаялась я, не осмеливаясь встретиться взглядом с мужчиной.
— Ваше общество и чашка кофе способны сделать любое утро превосходным, — улыбнулся он.
Я почувствовала, как горят щеки, ещё больше смутилась, не понимая, сколько в этих словах правды, а сколько шутки. Он помог мне сесть. Наслаждаясь ярким запахом его духов и целомудренной близостью, я надеялась, что он не шутил вовсе. Глупые, наивные мысли, в которых и себе самой стыдно было признаться. А потом он сел напротив, поднес чашку к губам, но не отпил, а глубоко вдохнул аромат, прикрыв глаза от удовольствия. Тогда я показалась себе просто невозможной дурехой, напридумывавшей то, чего близко не было и быть не могло! «Семейное спокойствие» временно связало нас, соединило и заставляло думать, что у недолговечного и исключительно политического союза есть какая-то основа другого толка. Глупости и морок!
Собраться с мыслями было трудно, молчащий и задумчивый лорд Адсид не помогал. Он небольшими глотками пил кофе, рассеянно съел засахаренный миндаль из коробки и, кажется, удивился, когда чашечка опустела.
— Еще хотите? — он встретился со мной взглядом, а голос прозвучал буднично и по-домашнему, словно опекун привык завтракать вместе со мной.
Стало даже обидно, что это не так. Я отрицательно покачала головой:
— Спасибо, не надо. Я редко пью кофе.
— Тогда вы правы, вторую чашку сразу пить не стоит.
Мимолетная улыбка украсила его губы, лорд Адсид встал, взял джезву и ушел в умывальню. Вернулся через минуту, на ходу вытирая помытую джезву, и выглядел гораздо более собранным и сосредоточенным.
— Как вчера прошла встреча? — опекун достал кофемолку и мешочек с зернами.
— Лучше, чем я опасалась.
Он глянул на меня искоса, чуть заметно усмехнулся:
— Значит, все же плохо?
Я вздохнула и призналась. С кем же быть откровенной, если не с ним?
— Он подарил моим родителям деньги. За меня.
Лорд Адсид помрачнел и зло крутанул ручку кофемолки.
— Сказал, конечно, что это древняя традиция, — отведя взгляд, тихо добавила я.
Он промолчал, а кофемолка остервенело дробила зерна.
— На дом смотрели? — через пару минут лорд Адсид резко поменял тему.
— Да, — просияла я. — Это доходный дом, вы знали?
Он покачал головой и выглядел немного удивленным:
— Неожиданно дорогой подарок… Я из надежных источников знаю, что Его Величество собирался одарить вас куда скромней.
— Еще пару дней назад этот дом принадлежал князю Оторонскому. Потом его отдали в распоряжение короны, — поделилась я сведениями.
— Как любопытно, — хмыкнул собеседник, поставив джезву на зажженную мной горелку. — Мне сказали, вы сегодня встречаетесь с родителями.
— Да, в полдень, — кивнула я.
— Мой законник тоже подойдет в «Голубятню». Нужно проверить бумаги. Если передача собственности осуществлялась дважды за такой короткий срок, писари или королевские законники могли что-то упустить из виду. Тем более, насколько я понимаю, вы хотите передать родителям право распоряжаться этим новым имуществом.
Он хмуро взирал на свой будущий кофе и чуть покачивал джезву. Почему-то это меня задело. Глупо, конечно, но мне хотелось, чтобы лорд Адсид говорил со мной, а не с собирающейся на поверхности пенкой.
— Лорд Цорей тоже предложил мне услуги доверенного законника.
— В самом деле? — опекун удивленно вскинул бровь и задумчиво добавил: — Какой неожиданно настойчивый юноша.
То, что лорд Адсид моими же словами охарактеризовал аристократа, меня позабавило. Собеседник заметил мою веселость, тепло улыбнулся:
— Он был бы польщен вашим доверием.
— Возможно, — покладисто согласилась я. — Но, кажется, он привязался ко мне чуть больше, чем следовало бы. К сожалению.