Шэнли Адсид прислушался к ощущениям, определяя, где находилась Льяна. Судя по всему, она была в университете, у себя. Уже неплохо. Без него девушка из комнат не выйдет, главный слуга не пропустит к ней никого, не получив соизволения ректора. Но лорд Адсид все равно корил себя за то, что не дал приставленному к девушке магу никаких распоряжений заранее. Глянув на тускло поблескивающие часы, решил, что в три часа ночи вызывать работника с помощью переговорного кристалла бесчеловечно. Особенно, если не случилось ничего непредвиденного.
Лорд потянулся, сел на кровати, опустив ноги на мягкий ковер. Ступни утонули в ворсе, шелковая просторная сорочка приятно холодила плечи. Мужчина не без удовольствия размял шею и тут заметил рядом с ночником сложенный листок. Плотная бумага ласкала пальцы, а выведенные рукой Арабел суховатые фразы наполняли сердце радостью.
На понятной слабости друга Арабел внимание не заостряла. «Отпечаток «Семейного спокойствия» исключительно сильный. Кажется, ты что-то намудрил с формулой. За ней я ничего не вижу, кроме того, что ты Льяне тоже дорог. Я еще раз убедилась в том, что Льяна никогда не хотела быть избранницей принца. Никакого, даже самого легкого притяжения даров у них нет. Постарайся выспаться и отдохнуть. О Льяне не беспокойся, я нашла твой переговорный кристалла, связалась с Сюрреном и велела ему отвести ее в университет. Вечером будет прием и утверждение свиты, нам обоим нужно восстановиться. Встретимся утром».
Мужчина распахнул окно, с удовольствием вдохнул весенний воздух. Ночь казалась ему необыкновенно прекрасной, свежей, искрящейся. Он провел пальцами по нечитаемым в полумраке строчкам. Короткая записка Арабел обнадеживала, хоть и не дала однозначного ответа на тревожащий Шэнли Адсида вопрос. Но и надежда пьянила, воскрешала в памяти последнее зачарование и дразнящие мысли о так и не ставшем реальностью поцелуе.
— Я прочитала твою бумажку. Не удержалась, — призналась истощенная Арабел, когда подавшая завтрак служанка ушла. — Не замечала за собой такого, пока ты не обратил на это мое внимание. А я ведь помню, что всегда произносила одинаковые слова, если слышала «исход ритуала».
— Льяна тоже не замечала закономерностей. Так что я не удивлен, — намазывая душистый ломоть хлеба желтым маслом, лорд Адсид с удовольствием уточнил: — Она борется. Ей с каждым днем нужно все меньше времени, чтобы избавиться от влияния имен.
— Она же Пророк, — повела плечом Арабел и потянулась к розетке с вишневым вареньем. — Но я знаю, как избавить ее от той метки. На это даже много сил не потребуется, я ведь теперь понимаю принцип. Можно завтра утром и удалить.
— Завтра?
Она кивнула, раскладывая вишенки на твороге.
— Ты права, сегодня это делать не стоит, — нахмурился ректор. — Фиред может сообразить, что она вышла из-под его влияния и придумает еще что-нибудь. Он изобретательный. Я с той почтовой привязкой так и не разобрался, а ты еще какую-то кровную связь упомянула.
— Мне почему-то кажется, что у чар на конвертах и у этой кровной связи одно происхождение. Не зря же драконам понадобилась кровь девушек.
— Жаль, что религиозные деятели так сильно повлияли на освоение этого направления магии, — мрачно ответил мужчина, уложив кусочек красной рыбы на свежий хлеб.
Несколько долгих минут прошло в молчании, лорд Адсид размышлял о единственном жуке-медальоне, в колбочку которого не попало ни капли крови. Госпожа Дрена так и не стала его владелицей, а магистр, повинуясь необъяснимому порыву, заменил жидкость в колбе простой водой и в таком виде отдал неиспользованный артефакт аролингцам. Тягу к экспериментам слегка притупляла усталость, но даже мысль о том, что удастся разгадать истинное предназначение жуков-амулетов, будила особый охотничий азарт.
— Я натолкнула тебя на дельную мысль? — усмехнулась Арабел, отпив кофе.
Он улыбнулся, кивнул.
— Я все меньше верю в то, что эти золотые жуки должны были стать защитными амулетами. Слишком нарочито извинялся Фиред за «ошибку активирующей формулы».
Она в ответ пожала плечами:
— Скорей всего, ты прав. Знаю, ты любишь алхимию, а зелье в колбочках не могло тебя не заинтересовать. Ты наверняка сохранил себе немножко, так?
Лорд Адсид ухмыльнулся:
— Ты слишком хорошо меня знаешь. Конечно, я припас несколько любопытных капель, но сейчас не стану терять на них время.
Арабел вопросительно подняла брови, и он твердо и даже жестко пояснил:
— Жуки — дело прошлого. Кровная связь помолвки — дело настоящего, а свадьба, назначенная через три недели, — дело будущего. Того будущего, которое я не намерен допускать.