Я почувствовала отклик эмоций Шэнли Адсида. А до того потеряла связь с ним.
Заставляя себя дышать полной грудью, закрыв глаза, думала об опекуне и чувствовала, что он спокоен и даже чем-то обрадован. Встав, распахнула окно, посмотрела на сияющие звезды и вдохнула подслащенный ароматом цветов воздух. Настроение было замечательное, а весна казалась прекрасной, как никогда прежде.
Вынужденное затворничество закончилось утром, толком и не начавшись. В десять зашел Сюррен и предложил отвести меня в мастерскую готового платья.
— Вы же сегодня во дворце будете, — растеряв остатки вчерашней напряженности, улыбнулся человек. — Нужно что-нибудь соответствующее случаю, нарядное. Его Величество для этого подарил вам деньги.
С такими доводами сложно было не согласиться, и уже через час мы с мамой выбирали новое платье и подходящие туфли. С обновкой я вовремя вернулась в университет, и уже у самых ворот встретила лорда Адсида.
Он улыбнулся, отпустил Сюррена и решил сам проводить меня до комнат. Я любовалась почему-то истощенной магической десяткой опекуна, поддерживала беседу о празднике во дворце и украдкой посматривала на ставшего мне очень близким сероглазого эльфа. Подмечала морщинки у глаз, тепло улыбки, бережливость движений, свойственную лорду Адсиду, когда резерв был опустошен. А ещё мне нравилось думать, что наше с ним общение доставляло ему такую же радость, как и мне.
— У меня несколько неожиданные новости, — зайдя в мою комнату, серьезно начал лорд Адсид. — Ваш отъезд переносится на более ранний срок из-за надвигающейся непогоды.
— Не думаю, что обыкновенный дождь может помешать выехать вовремя, — с сомнением нахмурилась я.
Опекун светло улыбнулся:
— Вы ещё не бывали в столице в это время года. Это будет не просто дождь, а штормовой ветер, срывающий крыши. К сожалению, задерживаться в городе вам нельзя. Это может привести к нарушению данной вами клятвы.
Я вздохнула. Даже от напоминания о принце и скором отъезде настроение стремительно портилось.
— Не огорчайтесь, — попросил лорд Адсид. — Есть и хорошие новости. Леди Арабел знает, как избавить вас от странного влияния имен.
Я воодушевилась, и даже то, что Видящая собиралась провести необходимый ритуал только на следующий день, не расстраивало.
Уходя к себе, опекун забрал с полочки ещё один украшенный расшитой лентой конверт. Мне не то что не было любопытно, о чем мог писать аролингский советник, но я даже не хотела этого знать. Интриги пожилого дракона меня рассердили, а потому я решила на этот прием надеть зачарованные перчатки, рассудив, что защита лишней не бывает.
Дополнение к наряду лорда Адсида заметно порадовало. Он предлагал мне руку для опоры, шутил и улыбался. Рядом с ним мне были нестрашны десятки незнакомых высокопоставленных эльфов и людей, а пожилой дракон, казалось, не имел надо мной никакой власти. Даже власти собственного имени.
Прием во дворце оставил по себе ощущение театральной постановки. Никакими другими словами описать происходящее не получалось. К сожалению, лорд Адсид был лишен возможности провести вечер рядом cо своей подопечной. Он объяснил, что наша особенная связь стала заметная окружающим и вызвала настороженность некоторых вельмож. Поэтому он довольно скоро после начала праздника оставил меня в компании леди Арабел, которую наверняка попросил приглядывать за мной.
Общество Видящей и в самом деле защищало меня от пренебрежительных взглядов и высказываний аристократов, которым выпала честь обеспечивать в пустыне безопасность бывшей рабыни. Леди Арабел оберегала меня от бесед с леди Сивиной, явно желающей покрасоваться на моем фоне, и с ее отцом. Князь Оторонский должен был представить мне тех людей и эльфов, которых отряжал с невестой принца, но явно собирался продолжить разговор после формальной части. К счастью, леди Арабел так повернула дело, что Его Сиятельство ушел.
Я старалась держаться непринужденно и свободно. Лорд Фиред даже похвалил мое самообладание, назвав меня величественной и изумительно обаятельной.
— Надеюсь, в ближайшие дни ваше аристократическое происхождение, очевидное любому из присутствующих, будет признано и подтверждено документально, — громогласно заявил дракон. — Насколько я знаю, в архивах королевства есть свидетельства того, что ваши предки — чистокровные высокородные эльфы.
Я смутилась и в тот момент заметила, как переглянулись и нахмурились лорды Такенд и Цорей. Стало очевидно, что эти сведения благородные семейства пока придерживали, не предавали огласке. Но, как оказалось, от прозорливого и мудрого советника ничто нельзя утаить.