Короткий разговор с аролингским послом меня подбодрил, стало спокойней от осознания того, что такой внимательный и пекущийся о моем благе аристократ будет рядом в Амосгаре. Я отчего-то понадеялась, что лорд Фиред тоже будет сопровождать меня во время поездки по пустыне. Это было бы значительно безопасней. Но советник сказал, что здоровье Ее Величества Мадаис пошатнулось серьезней, чем считалось раньше.
— Без ложной скромности назову свою жену и себя одними из наиболее опытных врачевателей Аролинга, — улыбнулся обворожительный дракон. — Леди Билния сейчас лечит нашу владычицу, но мне будет гораздо спокойней, если я тоже буду рядом. К сожалению, по эльфийским меркам, наша королева уже в летах. Как ни прискорбно это осознавать, но двести тринадцать лет — возраст угасания. Поэтому я не хочу рисковать. Завтра же утром вылечу в Амосгар.
— Меня всегда восхищала самоотверженность целителей, — вмешалась в беседу леди Арабел.
Аролингский посол поддержал разговор о травах, растущих только в его государстве, и с видимым интересом наблюдал за моим знакомством со свитой. Само присутствие лорда Фиреда давало мне силы не теряться в таком числе новых лиц.
Княжна, которую я все время видела, явно старалась оставаться в поле зрения пожилого дракона. Особенно хорошо это стало заметно, когда толпа моих будущих сопровождающих поредела. В какой-то момент я увидела себя в огромном зеркале. Отражение поймало и княжну, и лорда Фиреда. В необычно рыжих волосах леди Сивины сияли золото и изумруды, богатое, не кичливое платье подчеркивало достоинства фигуры и белизну открытых плечей. Тугой локон кокетливо ниспадал на грудь, обращая внимание на точеную изящную шею. Лица привлекательной девушки я в отражение не видела, зато отчетливо поняла, что ею в этот момент любовался лорд Фиред, говорящий леди Арабел обо мне что-то лестное.
Стало холодно, неприятно заколотилось сердце, задрожали пальцы, и я крепко стиснула кулаки, чтобы не показать слабость никому. Сделав над собой усилие, повернулась к лорду Фиреду и заглянула ему в лицо. Да, отражение не обманывало. Дракон любовался леди Сивиной, и ей, поймавшей его взгляд, это было совершенно очевидно. Наверное, поэтому она позволила себе довольно громко предположить, что я скрываю длинными перчатками некрасивую кожу. К чести леди Цамей, она немедленно вмешалась и резко одернула подругу. Та заметно покраснела и постаралась сгладить ситуацию.
— Жаль, что и выбор леди Арабел не прекратил это соперничество, — осуждающе покачал головой посол. — Конечно, леди Сивину можно понять. Ее мечты разбились, но я восхищен тем, как вы благородно и великодушно прощаете ей слабость. В скором времени девушка опомнится и, иначе быть просто не может, проникнется к вам тем уважением, которого вы заслуживаете, леди Льяна.
Красивые формулировки, льстящее обращение «леди» прозвучало рядом с моим именем естественно, будто лорд Фиред не обмолвился, а слова просто стали отражением его чувств. Но теперь я ему не верила.
Влюбленная в драконов и Аролинг восторженная часть сознания неестественно сильно радовалась новому обращению, но я только отмахивалась от этих назойливых мыслей. Как и от пьянящего чувства, что лорд Фиред желает мне лишь добра.
Наверное, поэтому я отпрянула, когда дракон хотел положить мне руку на плечо. Тут же сделала вид, что отвлеклась и не заметила его движения. Лорд Фиред в свою очередь придал жесту настолько неопределенный характер, что я обозвала себя излишне мнительной.
ГЛАВА 20
Беседу с аролингцем и Видящей прервал лорд Цорей, пригласивший меня танцевать. Я, радуясь возможности оказаться подальше от дракона, согласилась. Юноша, чопорный и зажатый поначалу, скоро преобразился. Его улыбка стала искренней, даже доброй. Он смотрел мне в глаза, уверенно и бережно вел в танце. Очень явно ощущалось, что я ему и в самом деле нравлюсь, что интерес ко мне перестал быть только политическим.
Первый танец покорял размеренностью, необременительная музыка подчеркивала изящество простых фигур. Χватало времени не только на разговор с лордом Цореем, но и на то, чтобы посмотреть по сторонам. Так я обратила внимание на лорда Такенда, держащего леди Цамей за руку. Светловолосый юноша разговаривал с невестой и посматривал в мою сторону. Его спокойный взгляд и благожелательная улыбка сбивали меня с толку. Из-за них собственные сны и видения казались мне дикими и несуразными.