- Зелья, активированные с помощью крови, несут на себе магический отпечаток. Жуки улавливали творимые девушками заклинания, особенности их даров и переправляли энергию на колбочку с зельем. От этого магический отпечаток становился полнокровным, полноценным, объемным, - дракон монотонно произносил то, что обсуждалось уже не раз и не десять. - Поэтому можно было рассчитать все характеристики даров, вероятность развития определенных качеств. Ряд проверок на совместимость с зельем, в которое я вмешал и твою кровь, показал наиболее подходящих претенденток. Льяна — первая в списке по совместимости. Ее дар подходит твоему по восемнадцати показателям из двадцати. За ней идут Цамей и Сивина. У Цамей шестнадцать совпадений, у Сивины четырнадцать. Мы с тобой условились, что выбираем Льяну.
Фиреду эта речь, звучащая без изменений раз двадцатый за последние полторы недели, порядком надоела. Но он старался подавлять раздражение и даже относиться философски к тому, что повторять придется еще неоднократно. В конце концов, он говорил все это для Зуара. Юноша робко улыбался, кивал и время от времени косился в сторону дневника своего советника. Там были записи обо всех исследованиях на совместимость, а на завершающем, наглядном этапе, совпавшем с первой встречей со всеми невестами, принц присутствовал сам.
Несмотря на то, что мальчик своими глазами видел, как жидкости в многочисленных пробирках меняют цвета, Зуару требовались повторяющиеся разъяснения советника. Они его успокаивали, давали иллюзию контроля над ситуацией.
- Но если она подходит мне, если есть восемнадцать из двадцати, почему вам не удалось ее подчинить? - принц задал совершенно верный вопрос, ответа на который Фиред не знал.
- Думаю, дело в том, что это тебе она подходит, а не мне. Но во время ритуала ты собой и магией управлять не мог. Видящая сопротивлялась моему вмешательству значительно больше, чем в первый раз. Ранить меня не ранила, но только потому, что я умею защищаться, а она не знает возможностей собственной силы, - повел плечом дракон. - Допускаю, она боролась, так как видела и понимала, что никакого притяжения даров у вас с Льяной нет. Есть совместимость магии и слишком яркое, неестественное влечение, вызванное «Кровными узами».
Зуар бросил короткий взгляд на томящееся зелье, а дракон прежним ровным тоном продолжал:
- Твой отец поставил глупое условие с этим притяжением даров. Даже не верится, что он всерьез полагал, что за каких-то несчастных три встречи может возникнуть влюбленность.
- Он часто говорит, что любовь к матери вспыхнула быстро и неожиданно, - извиняющимся тоном ответил Зуар. - И желает мне таких же ярких и волшебных чувств.
Фиред хмыкнул:
- Тогда нам следует отказаться от Льяны и обратить свое внимание на Кенидию. Пусть у нее всего семь совпадений. Не беда. Это больше, чем у изгнанных леди вместе взятых, но она вполне искренне в тебя влюбилась. За три встречи.
- Что еще раз подтверждает отсутствие у нее ума, - хмуро бросил принц.
- Может, мне потому не удалось подчинить себе Льяну, что ум у нее есть? - дракон попытался за шуткой спрятать беспокойство из-за того, что именно ритуал, самая надежная и безупречная часть плана, все же пошел не так, как предполагалось. - Нужно признать, ее нежелание становиться принцессой мне даже нравится.
Зуар весело улыбнулся:
- Мне тоже.
- А вот ее странная невосприимчивость к ментальной магии нравится мне гораздо меньше, - серьезней продолжил Фиред.
Принц недоуменно вскинул брови, но промолчал.
- Она именно почти невосприимчива. Большинство моих попыток внушить что-либо оказались провальными, - задумчиво признал дракон.
Вспоминая ритуал и черноволосую девушку, Фиред не мог избавиться от какого-то необъяснимого чувства узнавания. Будто он очень-очень давно уже видел ее в другом ритуале, хотя подобное совершенно точно было невозможно. Лорд устало потер двумя пальцами лоб, отметил, как раздражающе быстро усилилась головная боль за последние минуты. Нужно заканчивать разговор, пока еще получается связно мыслить.
- Заставить ее что-то делать невозможно. Приказы не закреплялись в сознании. Но есть и хорошие новости, - он бодрился, изображал спокойствие, которое так хотел видеть в советнике юный принц. - Мне удалось заложить ментальные закладки на имена. Льяна будет всячески изображать расположение к тебе, ко мне и к Аролингу в целом. Будет верить в твою любовь и в то, что ей предначертано быть с тобой.