— Ты забрал мою смерть. Чего еще ты хочешь от меня, старый бог? — хрипло спросил я.
— Это просто птица, Невар, — заверила меня Эпини, но дрожь в ее голосе не слишком-то успокаивала.
— Я бы хотел вернуться к жизни, где птица всегда остается лишь птицей, — вполголоса заметил Спинк.
Малышка расплакалась, и Эпини взяла корзину на колени и прижала ее к себе.
— Ох, вот невезение, — тихо пробормотал Спинк.
Я повернул голову, недоумевая, что он имеет в виду. С боковой улицы выворачивал разведчик каваллы верхом на лучшем коне, какого я только видел с самого приезда в Геттис. Гнедой жеребец с блестящей черной гривой и хвостом и белыми чулками на стройных ногах. Я восхищенно уставился на него, сожалея об утрате не только Гордеца, но и невозмутимого Утеса. Когда я посмотрел выше, на всадника, наши глаза встретились. Разведчик Тайбер долгий миг разглядывал меня, затем его губы чуть изогнулись в улыбке.
— Бурвиль! — по-дружески воскликнул он. — Давненько мы не виделись.
Стервятник на балке раскаркался снова, насмешливым эхом вторя его словам.
Я поднял руку в вялом приветствии. Тайбер отрастил усы. Как и все известные мне разведчики, одевался он не вполне по форме. Шляпа лихо сдвинута набекрень, куртка расстегнута у горла, открывая ярко-желтый шейный платок. В ухе покачивается серебряная серьга. Он ладно смотрелся, глаза его ясно блестели, и я вдруг понял, что ему вполне подходит служба разведчика. Я мог бы за него порадоваться, не узнай он меня.
— Единственный человек в городе, способный тебя узнать, — со стоном прошептал Спинк.
— Вы знакомы? — уточнила Эпини.
— Только по Академии. Здесь я с ним ни разу не разговаривал, — так же тихо ответил я.
Тайбер пустил коня рысью рядом с нашей дребезжащей двуколкой.
— Добрый день, лейтенант Кестер, сударыня, — учтиво поздоровался он.
Когда он приподнял шляпу перед Эпини, я отметил, что его волосы отросли почти вровень с моими. Мой язык намертво прилип к пересохшему нёбу.
— Лейтенант Тайбер, — уклончиво ответил Спинк. — Прекрасный сегодня день.
— В самом деле. — Тайбер вновь перевел взгляд на меня и улыбнулся. — Значит, кадет Бурвиль, ты приехал на восток взглянуть на Геттис? Только, конечно же, уже не «кадет»?
Я с трудом разлепил губы.
— Нет, сэр. Боюсь, что нет.
— К несчастью, моему кузену пришлось оставить Академию — неожиданно вмешалась Эпини. — По состоянию здоровья, после чумы. Он приехал навестить нас и, возможно, поправить здоровье, для того чтобы поступить на службу.
— Поступить на службу? — Тайбер недоуменно покосился на меня.
— Купить чин, дорогая, — поправил ее Спинк чуть сдавленным, но ласковым голосом. — По твоим словам, получается, что твой кузен намерен стать простым солдатом. Будучи сыном-солдатом нового аристократа, он приобретет чин и начнет службу лейтенантом, как и я.
— Ох, я опять все перепутала! — фальшиво хихикнула Эпини, так не похоже на себя, что мне показалось, небо вот-вот треснет.
— Ах да. Я слышал, что чума прикончила многих в Академии. Рад, что ты уцелел. Но ты выглядишь слегка бледным, Бурвиль, — компанейски заметил Тайбер. — Когда будешь в настроении, загляни ко мне. Буду рад показать тебе здешние места. Тебе ведь предлагали стать разведчиком, верно?
— Да, об этом шла речь, — слабым голосом отозвался я, гадая, откуда он мог это узнать.
— Думаю, тебе могло бы понравиться. И уверен, водичка лейтенанта Кестера приведет тебя в порядок. Похоже, она творит настоящие чудеса с переболевшими чумой.
— О, все куда хуже, чем просто последствия болезни, — неожиданно объявила Эпини. — По пути сюда на него напали. Подлые грабители с большой дороги ударили его по голове и украли все, что при нем было. К счастью, один из наших солдат его нашел и помог нам встретиться.
— Вот как, сударыня? Да, я слышал, на тракте к западу действительно орудуют несколько шаек. Придется побыть настороже. Надеюсь, ты быстро поправишься, Бурвиль, и Геттис придется тебе по вкусу. Был бы рад еще с тобой поболтать. Приятного вам всем дня.
— Приятного дня, — пробормотал я в ответ.
Тайбер пришпорил коня и оторвался от нас.
— Зачем ты все это сказала? — поинтересовался я у Эпини.