— Хорошо, я почти закончила! — крикнула я в ответ и принялась наносить макияж. У Брама было всё, что мне нужно. Жидкая черная подводка, красная помада, тональный крем, идеально подходящий к моему тону кожи. Этот ублюдок, вероятно, покопался в моей ванной и изучил все мои вещи, но я даже не могла заставить себя разозлиться на это, потому что было приятно иметь под рукой хоть что-то из дома.
Я сделала смоки-айс, отчего мои зеленые глаза стали казаться ярче обычного. Бабочки запорхали в животе при мысли о том, что может произойти сегодня на этой вечеринке. Я еще не встречалась с королем ни в каком официальном качестве, и, судя по тому немногому, что я уже видела, а также по тому, что рассказывал Брам, я не была уверена, что хочу с ним знакомиться, но выбора у меня не было.
Накрасив губы помадой, я убедилась, что халат надежно завязан, и вышла из ванной, бросив взгляд на чехол для одежды, лежавший на матрасе. Я судорожно вздохнула, потянув молнию вниз и мельком увидев черный бисер, мерцающий в свете. Сняв чехол, я увидела, что у платья был лиф из телесной сетки с длинными рукавами, а замысловатая вышивка черным бисером закручивалась в цветочные узоры, благодаря которым казалось, будто они нарисованы прямо на коже. Черная фатиновая юбка расширялась от талии и струилась до самого пола. Это платье было великолепным. Безусловно, это самая красивая вещь, которую я когда-либо надевала в своей жизни.
Я с облегчением выдохнула, когда поняла, что в него встроен бюстгальтер, потому что я ни за что не позволила бы своим «девочкам» оставаться без поддержки там, где, возможно, придется танцевать. Оружие массового поражения необходимо сдерживать.
Брам выделил мне собственный комод, и мне нужны были трусики, поэтому я положила платье и пошла за ними. Я покачала головой, когда увидела пару, лежащую на комоде, с запиской: «Надень меня». Выбранная им пара была чертовски сексуальной и красной. Спереди — кружево, а по бокам — три ремешка, которые оборачивались вокруг и переходили на спине в тонкую полоску кружева, которой предстояло затеряться между моих ягодиц. Покраснев, я натянула их и посмотрела на себя в зеркало. Святые лунные шары. Я точно заберу их с собой домой. Моя задница выглядит потрясающе.
Затем я принялась надевать платье. Оно оказалось легче, чем я ожидала, несмотря на весь бисер и ткань. Надеюсь, это значит, что я не умру от жары и не буду выглядеть как жареная курица. Глядя в зеркало, я едва узнавала женщину, смотревшую на меня в ответ. Мои рога всё еще были на виду, и я поймала себя на мысли, что они мне даже нравятся. Крылья и хвост были спрятаны, хотя вырез на спине был таким глубоким, почти до копчика, что если бы я захотела выпустить крылья, они бы легко прошли.
Улыбаясь своему отражению, я просто хотела, чтобы мои парни могли увидеть меня такой нарядной. Интересно, какой бы была их реакция? Мое сердце заныло от этой мысли. Просто переживи сегодняшний вечер, а потом я со всем разберусь, когда смогу вернуться домой.
— Клянусь луной, моя дорогая. Ты сногсшибательна, — выдохнул Брам, и наши глаза встретились в зеркале, когда он подошел. Его волосы были уложены, длинные рыжие пряди зачесаны набок, что придавало ему стильный вид, как-то не вяжущийся с тем, что я о нем знала. На нем был смокинг. Во рту пересохло, когда я повернулась и откровенно его оглядела. Черт.
Он ухмыльнулся, потому что точно знал, что я делаю, и знал, что выглядит как рыжий бог.
— Тебе помочь застегнуть платье, принцесса? — спросил он низким, рокочущим голосом.
Мне это было не нужно. Я могла бы застегнуть его с помощью магии, но я повернулась к нему спиной. Застегивать было особо нечего, так как вырез на спине был очень глубоким, но когда он резко вдохнул, я поняла, что он увидел выбранные им трусики — его взгляд метнулся к моему в зеркале.
— Я знал, что они будут идеальны, — прошептал он. Его дыхание коснулось моей шеи, и по коже побежали мурашки. Как только молния была застегнута, он провел пальцами вверх по моему позвоночнику, наши глаза неотрывно смотрели друг на друга.
Наклонившись ближе, он прижался губами к моей шее, и я вздохнула. Мы не целовались с того самого раза в бассейне, но я бы солгала, если бы сказала, что не думала об этом. Много.
Одна его рука легла мне на живот, поднялась на грудь и обхватила шею. Позади меня он казался огромным, словно мог защитить меня от любого врага, и я поняла, что мне это очень нравится.
Повернув свое лицо к нему, он без колебаний прижался губами к моим. Он проглотил тихий стон, вырвавшийся у меня, и поцеловал меня так основательно, что я поняла, мне придется заново наносить помаду на теперь уже припухшие губы. Мне нравилась мысль о том, что я войду туда, и все будут знать, что он уже оставил на мне свой след.