Хватка Кама на моем бедре на мгновение усилилась, когда я сдвинулась, чтобы прислониться спиной к изголовью. Его золотистые волосы разметались по подушке, а светлые ресницы умиротворенно покоились на коже. Мой прекрасный защитник, прошедшую неделю он был для меня настоящей тихой гаванью — тем, на кого я могла рассчитывать, тем, кто, как я точно знала, желал для меня только лучшего. Кам был просто искренне хорошим, порядочным мужчиной. И звезды знали, как трудно найти таких, но он не просто жаждал контроля. Он нуждался в нем.
Фишер растянулся настолько, насколько позволяла теснота: одна рука закинута за голову, другая покоится на животе. Мой взгляд скользнул по татуировке с драконьими крыльями, украшавшей его грудь: радужные цвета выделялись еще ярче на контрасте с его красивой кожей. Во сне он выглядел таким умиротворенным, и я мягко улыбнулась, радуясь, что он мог хотя бы сбежать в свои сны ради передышки, которую не мог найти днем. Мне хотелось забрать его боль и заставить улыбаться. Он был так великолепен, когда улыбался.
Слоан лежал свернувшись калачиком, прижимаясь щекой к бедру Фишера. Даже во сне его мрачность была очевидна. Этот мужчина вообще когда-нибудь расслабляется? А затем я вспомнила тот единственный раз, когда действительно видела его по-настоящему расслабленным — и это было тогда, когда его член был засунут в глотку Фишера. Блядь. Одно воспоминание об этом заставило мою кровь закипеть. Слоан немного открылся мне, подарив надежду на то, что, возможно, между нами могло бы возникнуть что-то большее, если дать нам немного времени и взаимного уважения.
Движение у моих ног привлекло внимание, и мой взгляд встретился со взглядом Кая. На его лице играла дерзкая ухмылка.
— Привет, — прошептала я.
— Пойдем раздобудем еды и кофе… пока не буди их, им нужно поспать, — прошептал он в ответ, и я с готовностью кивнула, а мой желудок заурчал при мысли о завтраке. Кай выскользнул со своего места и протянул руки, чтобы помочь мне встать посреди кровати, побуждая перепрыгнуть через Кама с помощью его крепкой хватки на моих бедрах.
Фигуристые женщины всего мира, найдите себе мужчин, которые смогут швырять вас, как тряпичную куклу. Самое горячее дерьмо на свете.
Я быстро почистила зубы, расчесала волосы и схватила халат, чтобы накинуть его поверх ночной рубашки. Как только я закончила, Кай занял мое место в ванной, а затем мы бесшумно выскользнули из комнаты. Моя рука была крепко зажата в его руке.
Зайдя на кухню, я увидела, что ущерб от моего недавнего магического взрыва был устранен — полагаю, Ба постаралась. Лозы, разбившей окно, нигде не было видно, а само окно заменили. Вздохнув, я потянулась за кофе, но меня внезапно развернули, темные глаза Кая впились в мои, и я с трудом сглотнула.
— Проклятье, Росточек. Я никогда в жизни так не пугался. — Его рука убрала волосы с моего лица, словно ему нужно было видеть каждый мой дюйм, и я знала, если бы он мог раскрыть мою душу и заглянуть туда, он бы это сделал, лишь бы заявить права на каждую частичку меня.
— Кай. — В тишине кухни его имя прозвучало лишь как легкий шепот на выдохе.
В одно мгновение моя задница ударилась о столешницу, а ноги ожили, словно обладая собственным разумом, и обвились вокруг моего оборотня, притягивая его как можно ближе, пока его твердый член прижимался к моему центру.
— Ты. Просто. Богиня. — Каждое слово сопровождалось целенаправленным толчком его бедер, а мои собственные бедра двигались ему навстречу. — Посмотри, как сильно я тебе нужен, Детка. Он еще раз потерся о меня, и с моих губ сорвался стон.
— Я хочу тебя, Кай.
Глубокое рычание эхом отскочило от стен кухни, и Кай потянул мою голову в сторону, подставляя всю длину моей шеи под его губы. Его горячий язык провел огненную дорожку от моего плеча до самого уха за мгновение до того, как я почувствовала легкий укус за мочку.
— Скажи мне, чего ты хочешь, Детка. — Его голос пророкотал в моем ухе, и низ живота свело. — Мне нужно услышать, как ты это скажешь.
— Пожалуйста, я чувствую себя пустой. Мне нужно, чтобы ты наполнил меня и сделал так, чтобы я никогда, ни за что не забыла, где мое место.
— Блядь. — Он крякнул, поднял меня и понес к столу. — Я голоден, Детка. Снимай трусики и ложись на спину.
Его высокая, поджарая фигура нависла надо мной, и когда он прикусил кулак, наблюдая, как я выпутываюсь из кружева, которое нас разделяло, я почувствовала, как мое сердце ускорило свой и без того бешеный ритм.
— Я сяду прямо здесь, — сказал Кай, опускаясь на стул у моих ног. Его руки раздвинули мои колени, а взгляд был сфокусирован на моей пизде как лазер, — и буду пировать своей девочкой. Но не волнуйся, Детка, я наполню тебя сразу, как только вдоволь наемся этой красивой киской.