— Мы скоро вернемся. Звоните, если что-то изменится. — Слоан решительно вышел из спальни, а я наспех попрощался и бросился следом, чтобы не отставать. Давайте сделаем это.
На улице мы обнаружили Бетти сидящей на мопеде в шлеме, сзади к которому были прикреплены рог единорога и искусственный радужный хвост. Увидев нас, она опустила на глаза защитные очки.
— Поторапливайтесь. Я уже сбегала и взяла кристаллы, которые нам понадобятся. Едем в лавку. Нам нельзя терять ни минуты.
С этими словами она завела свой радужный байк, газанула на крошечном двигателе и помчалась вниз по подъездной дорожке, слегка встав на дыбы, прежде чем поднять за собой облако пыли.
— Эта женщина просто нереальна, — пробормотал Слоан, запрыгивая на свой мотоцикл, пока я делал то же самое.
— Она потрясающая, — выдохнул я и на мгновение прижал руку к сердцу, прежде чем мы последовали за крошечной кудахчущей ведьмой на мопеде. Какое прекрасное время, чтобы жить.
Мы проторчали там уже шесть часов.
Шесть гребаных часов, а с Сэйдж никаких изменений. Она явно не собиралась просыпаться сама по себе, так что с каждой проходящей минутой я терял терпение все больше и больше, а Багира был вконец взбешен.
Мы втроем сидели на барных стульях у стойки в «Мистическом Поросенке». Бетти повесила табличку «Извините, мы закрыты», а Слоан наложил на окна теневое заклинание, чтобы никто не совал нос в то, что здесь происходит.
Большую часть подготовительной работы проделала Бетти, так как мы понятия не имели о магических свойствах и ингредиентах того, что она пыталась создать. Смесь из пяти разных кристаллов, двадцати различных ингредиентов — от трав до сморщенных грибов — и пары капель чего-то, что она назвала «лучшим изобретением со времен мужских стрингов». После двух часов непрерывного скандирования нас троих, бум — и у нас появился кулон в форме пентаграммы размером с полдоллара. Его нужно было носить как ожерелье, зеленые крапинки трав прекрасно сочетались с мерцанием различных кристаллов. Искры фиолетового, зеленого, розового, синего и белого эффектно переливались, и я не мог не представить, как красиво это будет смотреться на груди Росточка.
Никто из нас никогда раньше не создавал ничего подобного, поэтому мы объединили наши знания и надеялись на лучшее.
— Кстати, откуда ты вообще узнала о чем-то подобном? — спросил Слоан у Бетти, которая рисовала мультяшные члены в блокноте.
— Ну, моя дочь… она была немного одержима демонами. Когда она нырнула в эту кроличью нору, я начала собственные исследования. Они довольно замкнуты, так что о демонах не так уж много чтива, поскольку те из них, кто действительно находится в нашем измерении, не выставляют это напоказ. Они существуют между тенями, скрывая свои истинные формы, а самые могущественные могут использовать свои силы так, что жертва об этом даже не догадывается. Честно говоря, мерзкие твари. — Она с отвращением сморщила нос. — Я пыталась подготовиться к худшему, так что это должно привязать Сэйдж. Я уже дала ей браслет, который позволит ей почувствовать приближение демона и защитит от одержимости.
— Неплохая идея. — Он задумчиво кивнул. — Будем надеяться, что сработает. Кам только что написал и сказал, что никаких изменений нет, так что я считаю это маленькой победой, — сообщил нам Слоан, барабаня кончиками пальцев по глянцевому деревянному покрытию.
— Как мы узнаем, что все готово? — спросил я, окончательно теряя терпение.
— Видишь, от него все еще исходит мягкое розовое свечение? Когда все будет готово, он вообще перестанет светиться — магия полностью впитается в пентаграмму, и тогда можно будет безопасно его использовать, — объяснила нам Бетти, пририсовывая руки, ноги и цилиндры к своей коллекции набросков с членами.
Мои мысли постоянно возвращались к тому, что Сэйдж делает прямо сейчас. Я уже отмыл каждую поверхность в этой проклятой лавке, барная стойка практически сверкала, и нигде не было ни пылинки. Ух, это сводило меня с гребаного ума. Багира не прекращал своего неустанного хождения по кругу с самого утра, и как бы сильно он ни начинал меня раздражать, я не мог заставить себя его отругать. Я все прекрасно понимал. Я ненавидел быть непродуктивным, пустая трата времени сводила меня с ума.