Это работало. То, что происходило между всеми нами — это было всё, на что я только мог надеяться, и если мне нужно быть клеем, который скрепляет нас вместе, когда кто-то решает заняться самосаботажем, тогда можете звать меня ебаным Элмером*. Я собирался убедиться, что мы приклеились друг к другу навсегда. (Прим. пер.: Elmer's — популярный бренд клея в США) Для меня не было другого выхода, не после того, как связь истинных встала на место, к тому же нам с Багирой по-прежнему нравилось, что остальные тоже любят нашу девочку.
Когда я встал, Джонни откашлялся, и я посмотрел туда, где он сидел на барном стуле на кухне.
— Эй, мужик, прости, даже не заметил, что ты здесь. Я отключился, — объяснил я, сворачивая коврик и подходя к нему.
— Ты довольно гибкий для парня, — прокомментировал он, помешивая кофе в кружке с надписью «Только хорошие шнитт-луки!»*. (Прим. пер.: игра слов: «Good chives only!» вместо «Good vibes only!» (Только хорошие вайбы))
— Увидел что-то, что тебе понравилось, мальчик-Джонни? — подмигнул я, и он вскинул на меня слегка суженные глаза.
— Я дам тебе знать, когда это случится, — проворчал он.
Он был тем еще угрюмым ублюдком с самого приезда, и я не был уверен почему, но сейчас было самое подходящее время задать ему несколько вопросов.
— Что с тобой такое? Ты кажешься сам не свой. Не спишь? Я знаю, что диван-кровать не самая удобная штука… — Я налил себе чашку кофе и сел рядом с ним за кухонный островок.
— Нет, сплю я не очень, но не думаю, что дело в кровати. Я просто пытаюсь разгадать эту головоломку, чтобы свалить отсюда к хуям.
— Хмм, ну, пока ни у кого нет никакой информации о Лоре Уокер, но нам нужно быть осторожными с тем, кого мы расспрашиваем, потому что последнее, что нам нужно — это чтобы поползли слухи, что мы ищем кого-то. Это провалило бы всё наше ебаное прикрытие.
— Верно, но разве Фишер не мог бы просто стирать воспоминания о разговоре после этого? — задумался он, и я на минуту замолчал, обдумывая это. Но тут входная дверь внизу открылась и закрылась, а лестница заскрипела и застонала под тяжестью, которая могла принадлежать только одному из нас.
— Папочка дома! — взвизгнул я, и Джонни выплюнул кофе прямо на столешницу, давясь и кашляя.
— Проклятье, Кайто, — отчитал меня Кам, но на его лице играла ухмылка, и он выглядел хорошо. Счастливым. Чертовски счастливым.
— «Папочка»? Ты только что назвал его «папочкой»? Я знал, что вы, парни, любите всякое извращенное дерьмо, но это уже перебор, — пробормотал Джонни, схватив бумажное полотенце и начав вытирать кофейную лужу.
Мы оба покатились со смеху, Кам посмотрел на Джонни и просто сказал, что это долгая история, а затем направился прямиком к кофемашине, чтобы налить себе порцию.
— Так много вопросов… — протянул Джонни, качая головой, глядя на наши выходки.
— Так скажи мне, босс, как всё прошло прошлой ночью с нашей девочкой? — Я буквально подпрыгивал на сиденье, не в силах сдержать чистую радость, распирающую меня от осознания того, что мои… блядь, как же мне их называть? Мои любовники? Да, пусть будет так. От осознания того, что мои любовники во всем разобрались, и все в безопасности и довольны.
— Всё прошло отлично. Мы сходили поужинать в «Come and Spaghet It», а потом прогулялись в парк. Я всё ей рассказал.
Я удивленно вскинул брови, и он поспешно добавил: — Не о задании, я имею в виду всё о моем прошлом.
Я кивнул, а Джонни переводил взгляд с одного на другого.
— Значит, я так понимаю, она отнеслась с пониманием, и вы провели там ночь? От тебя сейчас исходит эта… аура свежего траха, хотя, может, это просто прическа после секса. — Я рассмеялся, и Кам в шутку ударил меня в плечо.
— Она потрясающая женщина, она отнеслась с более чем просто пониманием. Боги, я мог бы жить внутри неё, — простонал Кам, зарываясь руками в свои растрепанные волосы.
Звон разбитой посуды заставил нас обоих резко повернуть головы к Джонни, он внезапно вскочил, держа в руках остатки своей уничтоженной кофейной кружки. Кровь смешивалась с кофе и лужицей собиралась на полу.
— Ни хрена себе, чувак! Ты в порядке? Давай я помогу, — предложил я, потянувшись к его рукам, чтобы отвести к раковине, но он резко отстранился, выходя за пределы моей досягаемости, и бросил осколки в мусорное ведро.
— Всё нормально, я пойду в душ. — Он развернулся на пятках и быстро направился в ванную, вероятно, стараясь не капать кровью на весь этот чертов пол.
— Что это с ним? Он ведет себя странно, — прокомментировал Кам, бросив мне рулон бумажных полотенец, пока сам вытирал столешницу, а я убирал пол.