— Пожалуйста, трахни меня. Войди в меня, я больше не могу ждать.
Его рука легла мне на горло, длинные пальцы нежно сжались. Он посмотрел мне в глаза и покачал головой, словно пытаясь прояснить мысли. Чернота в его глазах начала отступать, и черты лица немного смягчились.
— Черт. Черт. Я сделал тебе больно? — Его голос был полон муки, и когда он понял, что сжимает мою шею, то отдернул руку так, будто я его обожгла.
— Черт возьми, нет, ты не сделал мне больно. Это было чертовски горячо, я хочу тебя. Только тебя… — Я провела пальцами по его губам. Его дыхание было тяжелым и горячим на моей коже.
— Милая, я не хочу причинить тебе боль. Я никогда раньше этого не делал.
Мои глаза расширились. В каком смысле он никогда раньше этого не делал? Не занимался сексом с женщиной?
Усмехнувшись, он покачал головой, словно прочитав мои мысли.
— Я был с женщинами. Я имею в виду, что никогда не был с кем-то, кого не мог прочитать. С кем-то, по кому не мог бы сразу сказать, что то, что я делаю, желанно. Я не могу понять, о чем ты думаешь, в воздухе не витают вспышки экстаза, от твоего тела не исходят волны похоти, никакого возбуждения, — объяснил он, выглядя виноватым, словно ему было стыдно.
— Фишер. Может, ты и не получаешь визуальных эффектов или как там это у тебя работает… экстаз, который ты обычно видишь? Это мои стоны, когда твои руки на моей коже. Похоть? Это каждый раз, когда ты заставляешь меня выкрикивать твое имя и умолять о большем. А возбуждение? — Я схватила его руку и прижала к своей киске. — Возбуждение прямо здесь. Чувствуешь, какая я влажная? Мне нравится абсолютно всё, что ты со мной делаешь, и нет ничего такого, что ты мог бы сделать сегодня ночью в этой постели, что мне бы, блядь, не понравилось.
— Блядский ад, — ухмыльнулся он, погружая пальцы в мою влагу. — Ты и правда меня хочешь, да, милая?
Обвив руками его шею, я потянула его вниз и прижалась лбом к его.
— Сильнее, чем ты думаешь.
Его губы не отрывались от моих, когда он погрузился в меня до самого основания. И когда я попыталась откинуть голову, чтобы закричать, он прикусил мою губу и прошептал мне в рот, чтобы я, блядь, не двигалась.
— Ты ощущаешься идеально, шелковистая и горячая. Боже. Создана для меня. — Рот Фишера ни на секунду не переставал извергать самые грязные слова поощрения, а мои бедра двигались в такт его темпу. Наши тела исполняли совсем другой танец, нежели раньше, и несмотря на то, что это был первый раз, мы двигались вместе просто прекрасно.
Он растягивал меня, наполнял, его толчки становились всё быстрее, и когда его рот присосался к одному из моих сосков, я кончила так сильно, что не смогла сдержать крик с его именем.
Когда я открыла глаза, его внутренний монстр вернулся, а на лице играла улыбка, которую, я уверена, не смог бы воссоздать и сам Люцифер. Он вышел из меня и потянулся к тумбочке. Звук выдвигающегося ящика дал понять, что он что-то ищет, но мне было совершенно плевать. Пост-оргазмическое блаженство струилось по моим венам. Ящик захлопнулся, и вот он снова возвышался надо мной, как темный бог, или, может быть, дьявол.
В руке Фишера был небольшой флакон со смазкой. Он открыл его, выдавил немного на пальцы и посмотрел на меня с такой интенсивностью, что я инстинктивно попыталась свести ноги, но он предупреждающе шлепнул меня по бедру.
— Даже не думай прятать то, что принадлежит мне, — прорычал он, и у меня внутри всё сжалось от желания при этих собственнических словах.
— Что ты делаешь? — невинно спросила я.
— Ты знаешь, что я делаю, Светлячок, — прохрипел он. Его голос был глубже обычного. Он потер пальцы друг о друга, распределяя скользкую смазку. — Подложи эту подушку себе под задницу и раздвинь ноги, — скомандовал он, и будь я проклята, если не засунула подушку под бедра за две секунды. Я раздвинула ноги, но нахмурилась, когда он покачал головой.
— Вот так, — направил он, прижимая мои колени обратно к груди. — Держи колени.
Это была, пожалуй, самая откровенная поза, в которой я когда-либо находилась. Я чувствовала себя так, словно подаю себя ему на блюдечке. Я всё еще видела его между своих бедер, пока он приближался и проводил пальцами вверх-вниз по моей заднице, подготавливая меня. Когда его палец нажал на мое колечко, я непроизвольно сжалась, и он переместил вторую руку, чтобы потеребить мой клитор. Этого отвлечения оказалось достаточно, чтобы я расслабилась и позволила ему протолкнуться сквозь тугие мышцы.