— Но что же с моей сестрой? — отчаянно закричал Джо. — Что с Ханной?
— А ты возьми да попробуй сам поискать её на фабрике, если тебе так неймётся! — злорадно ответил Вин откуда-то из глубины кабинета.
Гримаса на лице Орлеманна исчезла, и он расхохотался, только почему-то его смех вовсе не казался весёлым.
— А ведь и верно! — сказал он. — Валяй, ищи её, только не спеши!
Однако Джо вообще не видел в этом ничего смешного.
Глава 25
На фабриках
Охранники протащили Джо вниз с крыльца стального дома и швырнули на заднее сиденье машины. Машина была кучей металлолома — старый армейский джип, покрытый ржавчиной. В крыше зияли прорехи размером с обеденную тарелку, и через них лился дождь.
Охранники сели впереди, и джип, вихляя и подпрыгивая, понёсся на другой конец долины, к фабричным корпусам. Вскоре водитель так резко ударил по тормозам, что Джо скатился с сиденья. Он больно ударился лбом о железное днище, разбрызгав ржавую лужу между сиденьями. Во рту появился металлический привкус крови.
— Куда нам его запихнуть? — спросил водитель. — Губернатор сказал, на какую из фабрик?
— Да плевать мне на него! — ответил второй охранник. — Отправим на первую попавшуюся и назад. Или тебе охота застрять здесь до того, как рудник взорвут?
— Ну уж нет, — сказал водитель. С этими словами он круто вывернул руль налево и снова ударил по тормозам. Джо мешком болтался в тесном пространстве на полу, ударяясь то об одно сиденье, то о другое и глухо охая от боли.
Наконец оба солдата вылезли из машины и распахнули заднюю дверцу. Они выдернули Джо из джипа и погнали к ближней фабрике. Водитель открыл двери, а его напарник толкнул мальчика внутрь. Джо снова растянулся ничком на полу.
Двери со стуком закрылись, и Джо оказался в пропахшей углём темноте.
Медленно, кряхтя от боли, он встал на четвереньки.
— Эй, кто-нибудь! — окликнул он. Но ничего не услышал в ответ. Его голос эхом прокатился под гулким стальным потолком. Судя по всему, на полу в беспорядке валялись невидимые в потёмках инструменты и куски металла. Джо выпрямился и медленно на ощупь подобрался к двери. Но не успел он прикоснуться к ней, как застыл: за спиной раздался громкий скрежет.
— Эй! — снова окликнул он. И снова не получил ответа.
Джо до боли всматривался в темноту у себя за спиной. И наконец-то за листами жести, прислонёнными к стене, за кучами запчастей и какого-то железного хлама, за стеллажами с инструментами и мотками ржавой проволоки ему почудилось какое-то движение, чей-то едва различимый силуэт. Он громко сглотнул. Кажется, это был ребёнок. Да, маленькая белокурая девочка! Надежда с новой силой вспыхнула у Джо в груди.
— Ханна! — выкрикнул он в темноту. Под ногами он обнаружил забытый кем-то фонарик. Джо включил его и направил широкий луч света в колышущиеся тени. И чуть не выронил фонарь — настолько неожиданной была открывшаяся ему картина.
Сотни детей — кандидатов — были согнаны в этом пустом зале. Их лица покрывала грязь, а одежда — по большей части пижамы и ночные рубашки — истрепалась в лохмотья. Кое-кто из детей спал, тогда как остальные не спускали с Джо мрачных, замкнутых взглядов.
Пока Джо стоял, не в силах справиться со ступором, завыла сирена, вспыхнули лампы, и все дети привычно поднялись и принялись за работу. По пути они обходили Джо, как река обтекает остров. Иногда кто-то бросал на него случайный взгляд, но никто не заинтересовался им. Каждый из них занял своё место в зале, подобрал брошенный накануне инструмент и начал или стучать молотком, или водить напильником, или гнуть куски металла. На свободном пространстве какой-то мальчик расправлял моток старой запутанной проволоки. Рядом ещё двое резали ножницами для металла толстый лист жести, каждую минуту рискуя отхватить себе пальцы.
Джо обратился к мальчику, едва переставлявшему ноги под тяжестью двух вёдер руды. Он запомнил его по первой ночи в Темницах: они оказались рядом в камере со скамейками. Джо схватил его за руку.
— Ты не видел мою сестру? — спросил он. — У неё светлые волосы, она похожа на меня. Её зовут Ханна.
Мальчик покачал головой и попытался вырваться. Он выглядел сильно напуганным.
— Если меня застукают, что я говорил с тобой, — прошептал малыш, — то расскажут моим маме и папе, что я сделал. Они донесут на меня!
Джо оставил его в покое и поймал за локоть девочку.