У ворот охрана, пытаются остановить. Ага, это я вас, ребятки, остановлю. Эх, как же легко сражаться с любым врагом, имея возможность остановить время. Мне ведь даже убивать никого не нужно, просто связываю врагов их же наручниками, если точнее – пластиковыми стяжками. Кстати, вот заинтересовался как-то, еще будучи на станции работорговцев: почему вместо наручников используется обычная стяжка? Гай тогда пояснил, что давно уже прекратили попытки внедрить что-то высокотехнологичное, потому что банально взламывали. А стяжка есть стяжка, тем более пластик здесь совсем не тот, к которому я привык.
Описывать штурм нет смысла, и так понятно, что я спокойно сделал то, зачем пришел. А вот дальше все было интереснее. Найдя предателей, хотел побеседовать, но разговор сразу пошел не туда.
– Ты думаешь, что убьешь нас и на этом все? Там уже целый флот работорговцев штурмует вашу планету, – засмеялись мне в лицо эти два идиота.
– Ну, до планеты еще добраться нужно, вы же видели силы обороны. Неужели такие тупые, что не понимаете: просто не будет. Мне на вас плевать, мне нужны данные: с кем связывались, кто в курсе и где внучка Гронберга.
– Какой нам смысл? – решили закинуть удочку предатели.
– Умереть быстро и безболезненно. Хороший же вариант, – не стал лукавить я.
– Тогда ты ничего не узнаешь, – фыркнул один из них.
– Какой же профессор идиот, что взял на службу таких, как вы, – покачал я головой. – Ведь вы же знаете, кто я, знаете мои возможности, и все равно пошли на такой шаг. Зачем?
– Вся планета, все технологии не могут принадлежать тебе. Пусть лучше император решит их судьбу, чем какой-то выскочка, возомнивший себя потомком Первых.
– Знаете, в чем ваша беда? Вы неправильно поняли. Потому что тупые как пробки. Я не возомнил, и я не потомок – я предок Первых.
С этими словами я пустил «волну ужаса» – еще одно новое умение из арсенала Первых. Воздействовал я пока на одного из предателей, чтобы второй видел. Это очень сильное зрелище. От страха и ужаса тот, кто подвергся такому воздействию, рвал на себе волосы, ломал руки, бился головой об пол, мечтая только о том, чтобы скорее прекратить мучения. Боли он не чувствовал, но зрелище… Второй цепенел от ужаса, наблюдая за всем этим, а в какой-то момент обоссался.
– Я все скажу, скажу! Прекрати! – завопил он, а его коллега, подвергшийся воздействию «волны ужаса», уже выкалывал себе глаза своими же пальцами.
Я отпустил «волну» и услышал вой предателя – к нему вернулась чувствительность, и ему стало очень больно.
– Я же сказал, что вы идиоты. Мне не нужно ничего рассказывать, я все и сам узнаю. Смотри! – сказал я тому, что был цел.
Я положил руки на голову второму, который только что истязал себя, отключил ему сознание и просто вытянул все из памяти. Кстати, антарцы удалили этим дурачкам сети – подстраховались. Стало ясно, что мне предстоит много работы, так как перед своим пленением они связались с империей. Точнее, со службой безопасности флота Артрана. Ладно, придется и там пошалить. Проделав такую же процедуру и с целым пока предателем, я быстро собрался, но его оклик меня остановил.
– Они ведь уехали за тем, кто будет нас допрашивать, мы не стерпим пыток, – плаксиво пробормотал предатель.
– И не надо, – заметил я, и мой меч, выскользнувший из-под одежды, срубил обоим головы. Зачем оставлять их в живых?
Вот ведь, давно уже никого не убивал, но опять пришлось. Чувствую, что сегодня я перевыполню план по убийствам.
Усадьбу я заминировал, благо взрывчатых средств тут хватало. Уходя, инициировал заряды так, чтобы сработали чуть позже, когда вернусь на орбиту. Уходил спокойно, дополнительно допросил охрану с помощью своих возможностей, нашел и забрал удаленные у предателей сети.
Вскоре я уже добрался до порта и, сев в свой истребитель, начал подниматься. Внезапно меня окружили сразу четыре дрона и столько же штурмовиков с пилотами. Пытались делать запросы искину моего истребителя, но я просто останавливал время и продолжал путь.
На «Лебедь» я вернулся спокойно, даже ни с кем не повоевал, да и не хотелось. Имея такие силы, как-то даже стыдно воевать. Это будет похоже на истребление. А вот станцию мне уничтожить необходимо. Поэтому я просто вышел из маскировочного режима и повел корабль в сторону станции.
Что началось в секторе, надо было видеть. Такой переполох веселил, но здесь уже следовало быть осторожнее. Все же я не на земле, массированным огнем меня и сбить могут. Скорее всего, я выживу, но «Лебедь» жалко.