— Посмотри на меня.
Мужчина потрясенно уставился на нее.
— Дженнифер снисходительна. Посмотри мне в лицо, ты думаешь, я снисходительна?
Блондин сглотнул.
— Нет, бета.
— Ты хочешь, чтобы я продемонстрировала, что я не снисходительна?
— Нет, бета.
— Когда ты заслужишь право задавать вопросы консорту, ты сможешь говорить. А до тех пор, пока она не отдаст тебе приказ, ты будешь держать рот на замке и будешь повиноваться, или я вырву тебе язык. Однажды мне так сделали, и на то, чтобы отрастить его снова, уходит шесть месяцев. Все ясно?
Блондин кивнул.
— Достаточно, — сказала Дженнифер.
Десандра разжала руку и наклонила голову в мою сторону.
— Приносим свои извинения, консорт.
— Мне не нужно, чтобы ты извинялся за меня, — сказала Дженнифер. — Следи за собой.
Спина Десандры напряглась, а затем расслабилась так быстро, что я бы пропустила это, если бы не заострила внимание. Она пожала плечами, опустила глаза и промурлыкала.
— Прости, альфа.
У меня не было времени на их игры.
— У нас меньше восемнадцати часов до того, как Хью д'Амбрей со своими людьми нападут на Крепость. Как только начнется война, ее будет трудно остановить.
Племя и Стая никогда не сходились во взглядах, и с обеих сторон было много идиотов, которые думали, что им есть что доказывать.
Десандра сбросила куртку и повернулась спиной к волку-самцу. Он вытащил нож и вспорол ей спину. Она обнажила зубы на крошечную секунду. Пуля, вероятно, все еще была в ее теле.
— Мы должны предотвратить войну, — сказала я. — Тело Малрадина, мысли?
— Убийца — перевертыш, — сказал Джим. — Не медведь. Они склонны давить. На теле были проколы, соответствующие собачьим или кошачьим зубам.
— Согласна. — Я посмотрела на Дженнифер. Мне нужен был консенсус, потому что никому из них не понравится то, что я собиралась сказать. — А ты что думаешь?
— Возможно, это был оборотень, — сказала Дженнифер. — Кто-то не из Стаи. Я не могу представить, чтобы кто-то из наших людей сделал это.
— Я хорошо учуяла запах. Волк, — сказала Десандра. — Один из наших.
— Ты лжешь! — сплюнула Дженнифер.
Десандра пожала плечами.
— Зачем мне лгать? Я узнала этот запах. Я уже слышала его пару раз в Крепости и в доме клана. Он не тот, кто часто бывает в Крепости, но я узнала запах, и это один из наших.
Гнев и ненависть боролись друг с другом на лице Дженнифер.
— Зачем ты это делаешь? Что ты можешь получить от этого?
— Я говорю правду, — сказала Десандра.
— Это один из твоих планов, не так ли? Не в этот раз.
Три волка, сопровождающие Дженнифер, и волк, стоящий рядом со мной, одновременно решили смотреть куда угодно, кроме двух женщин. Позади них Дерек тоже делал вид, что ничего не происходит. Асканио закатил глаза.
— Не в этот чертов раз, ты меня слышишь? — голос Дженнифер сорвался, в нем появились истерические нотки. — Больше никаких заговоров, Десандра. Больше никакого «Шоу Десандры».
Дженнифер только что потеряла самообладание на публике. Потрясающе. Потому что нам только этого не хватало, чтобы устроить дерьмовый поединок прямо в эту секунду на глазах у свидетелей.
— Притормозите, — сказала я. — Вернемся к телу Малрадина.
— Десандра права, — холодно и четко произнес Роберт.
Мы все повернулись к альфе крыс. Он вел себя так тихо, что я совсем забыла, что он здесь.
— Это волк, — сказал он. — Я не уловил запаха, потому что запах крови был слишком густым, но я был достаточно близко, чтобы разглядеть раны в деталях. Малрадин сопротивлялся. Должно быть, он схватил нападавшего, потому что я увидел мех, прилипший к его окровавленным рукам. Волчий мех.
Дженнифер уставилась на него. Это было все равно, что чиркнуть спичкой по леднику. Роберт оставался невозмутимым.
— Нам нужно найти убийцу до истечения крайнего срока, — сказала я, прежде чем она снова могла взбеситься. Если мы задержим убийцу, у нас еще будет шанс разрядить ситуацию.
— Если он или она все еще живы, — сказал Джим.
Хорошее замечание. Если бы я была Хью, я бы убила этого волка, чтобы убедиться, что мы не сможем выдать его или ее.
— А если мы найдем эту персону, что произойдет? — спросил Роберт.
Вопрос был задан мягким голосом, но у меня возникло ощущение, что многое зависит от того, как я отвечу.
— Если убийца будет задержан, внутри Стаи будет проведено расследование, — сказала я.
— А если его признают виновным? — настаивал Роберт.