Упырь забулькал, заклекотал, кое-как дотянулся до бутылки, торчащей из раны. Пальцы судорожно сомкнулись на стекле, поелозив по острому краю.
Наконец Боно выдернул ее, и бутылка с тихим стуком покатилась по доскам крыльца.
Бульканье усилилось. С каждым натужным вдохом из горла выливалась кровь, вымывая из раны мелкие осколки. На крыльцо вполз какой-то уродец и принялся обнюхивать стеклянную тару.
Боно схватил его одной рукой и отбросил сорокафунтовую тварь, как котенка. Ощупал страшную рану, стирая кровь. Порез на глазах затягивался. Вот он окончательно зарубцевался. Клекот стих и вдруг возобновился с новой силой.
Я поняла, что упырь смеется.
– Хорошая попытка, – произнес он, демонстрируя целехонькую шею. – Теперь моя очередь.
И прыгнул в дверной проем. Полыхнула багровая рябь, отбрасывая врага назад. Он взвыл и перекувырнулся. Глаза засверкали серебром, которое начало растекаться по щекам.
В облике Боно не осталось ничего человеческого.
Он снова метнулся к двери и увидел тонкие острые кости вампира, охранявшие дом изнутри.
– Сука!
– Камень, дерево и кость, – глухо сказала я. – Твоя защита подпитывает мою.
Он заверещал. Стекла в окнах завибрировали. Я зажала уши ладонями. Упырь замолотил кулаками по половицам крыльца, разбивая их в щепу.
– Бесполезно. Можешь хоть весь дом развалить, щит останется на месте.
Он поднял голову. По лицу бежали серебряные струйки, будто он плакал расплавленным металлом.
Дрожащие упырята приникли к земле.
– Не думай, что легко отделалась, – прорычал он. – Я убью всех, кто тебя защищает. Уничтожу кота, съем, заполучу его магию и вернусь! Тогда твоя защита тебе не поможет!
Спрыгнув с крыльца, он исчез в темноте. Уродцы потянулись за ним.
Я уткнулась лбом в стену. Опьянение мешало соображать. Он не сдох. Собственно, ничего другого я и не ожидала. Тот, кто умеет сплетать слова силы в предложения, от одного-единственного приказа не умрет.
Стоп. Он сказал, что убьет кота. Джима? Нет, вряд ли. Скорее, речь о Кэрране. Но Джим, в отличие от Царя Зверей, не был достаточно силен.
Я задумалась. Кстати, все оборотни имеют природную стойкость к охранным заклинаниям. Позвонить перевертышу, предупредить? И кто мне поверит?
– «Что Кассандре дар вещанья?» – пробормотала я, с трудом поднимаясь на ноги.
Джиму я позвонила. Он не ответил. Даже автоответчик не включился.
Защитные чары лопнули, едва не взорвав мой череп. Голова дико заболела, и сон мигом слетел.
В доме кто-то был.
Я сунула руку под подушку, нащупала рукоять метательного кинжала, потянула, высвобождая лезвие. Лежала, не шевелясь, спокойно дыша. Темно, тихо. Идти за взломщиком нет никакой необходимости.
Так или иначе, он сам за мной явится.
В коридоре на фоне стены возникла тень размером с человека: размытый силуэт, чернее самой тьмы.
Помедлив секунду, тень двинулась вперед. Я глядела на нее сквозь ресницы.
Шесть ярдов. Вдох, выдох.
Пять.
Четыре. Пора!
Метнула кинжал. Клинок вонзился в плечо тени. Промахнулась. Не везет мне!
Тень рванула ко мне. Я потянулась к «Погибели», но ублюдок оказался шустрее. Пнула его обеими ногами. Он как ни в чем не бывало схватил меня за правое запястье. Хватка оказалась железной, рука тотчас онемела. Я саданула тень по горлу. Послышался хрип. На меня уставились желтые глазищи.
– Отпусти руку, урод!
Кэрран отпустил.
Я потерла запястье.
– А разговаривать с людьми ты не пробовал?
Он ошалело уставился на меня. Я потянулась к выключателю и вспомнила, что техноволна схлынула. Взяла с тумбочки свечу, чиркнула спичкой. Вытянулся узкий язычок пламени. Кэрран застыл, широко распахнув немигающие глаза. Лицо и руки – сплошь в красных точках. Я дотронулась до его ладони и почувствовала жжение магии. Он был весь в крови, крошечные капельки сочились из каждой поры. Такой оказалась цена за взлом моего щита.
– Кэрран!
Похоже, он меня не слышал. Хорошо же его приложило. У меня тоже в голове словно молотом стучали. Встав с кровати, я за руку отвела Царя Зверей в ванную и втолкнула под душ. Открыла кран, направив струю ему в лицо. Опустила крышку унитаза, села, подперев подбородок кулаками.
Вода журчала. Я готова была убить за таблетку аспирина.
Кэрран шумно втянул носом воздух, выдохнул. Взгляд приобрел осмысленное выражение.
– Холодно, – произнес он, дрожа.
Сам закрыл кран, встряхнулся: капли воды потушили свечу, нас поглотила тьма.
Нащупав полотенце, я бросила его Кэррану. Так же ощупью выйдя из ванной, направилась на кухню. Когда я проходила коротким коридорчиком, на голову мне что-то упало. Отшатнувшись, схватила предмет. Это оказалась крупная щепка.