Сталкинг, в свою очередь, есть уход от этой автоматичности в сторону осознания и осознанности своей жизни и тех процессов, которые протекают в ней. Осознанность начинается с того, что человек разрушает автоматические механизмы. Разрушение начинается с того, что он меняет сложившийся распорядок своей жизни, и в этом случае нужно начинать с малого. Вначале он меняет маршрут, когда едет на работу и с работы. Такой поступок смены маршрута внешне не обоснован никакими факторами, кроме самой цели сталкинга по разрушению механистичности поведения. Затем, к примеру, человек, который начинает практиковать контролируемую глупость, решает для себя регулярно выполнять какое-нибудь действие. Например, он всегда, когда будет одеваться, вначале будет надевать носок на правую ногу, а затем на левую. Он может условиться сам с собой, например, о том, что, когда идет по лестнице, будет останавливаться на одну секунду на каждой четвертой ступени каждого пролета. Здесь его фантазия свободна. Главное, чтобы за этим поступком не стояло никакой выгоды ни ему, ни окружающим. Действие должно быть лишено смысла, но оно должно совершаться регулярно и непреклонно. Когда через какое-то время это действие войдет в привычку, от него нужно внезапно отказаться. Такой отказ должен быть резким и окончательным.
Чем сложнее будет такая игра, тем более глубокое воздействие она окажет на структуру энергетического тела. К примеру, подобную практику контролируемой глупости описал сам Кастанеда, когда ему пришлось без надобности устраиваться на работу поваром в какую-то дешевую забегаловку. На тот период он уже давно приобрел большую известность и получал значительные гонарары за свои книги. Его книги становились бестселлерами, ими зачитывались, его приглашали на всевозможные встречи, на которые он, естественно, не приходил. Как-то, в очередной раз повстречавшись с Доном Хуаном, он получил он него рекомендацию устроиться на работу в какое-нибудь заведение. Главное, чтобы оно было неприметным и его деятельность ничем не выдавала возможность нахождения в нем состоятельного человека. Уже через несколько дней после разговора с Доном Хуаном Кастанеда жарил котлеты на грязной и задымленной кухне какого-то кафе на обочине дороги. Его зарплата представляла собой жалкие гроши, и, работая там, он за пару месяцев не заработал того, что ежедневно ему приносили гонорары.
Эффект, оказанный таким приемом, был настолько силен, что спровоцировал встречу, которая, не работай он в этом кафе, никогда бы не состоялась. Встреча, как оказалось позднее, была очень важна для Кастанеды. Мы не будем ее здесь описывать, но, если вам станет интересно, вы без труда найдете описание этой ситуации в одной из книг Кастанеды. Этой техникой был набран достаточно большой объем личной силы, который позволил состояться этой встрече.
Каким образом накапливается сила, если мы начинаем совершать абсурдные поступки?
Дело в том, что, когда совершается действие, которое для нас необычно, наша точка сборки медленно и постепенно начинает сдвигаться со своего места, в котором она постоянно находится. Эта фиксация точки сборки, которая наблюдается у обычного человека, проживающего рутинную жизнь и делающего изо дня в день одно и то же, со временем истощает энергию тех эманаций, которые она высвечивает. Эти эманации естественным образом стараются восполнить энергию в момент сна, когда точка сборки начинает терять жесткую фиксацию, понемногу перемещаясь от того места, в котором она была закреплена в момент бодрствования. Вследствие того что фиксация жесткая даже во сне, она редко отходит от своего привычного места. Результатом этого является такая картина мира, в которой все лежит на своих полочках. Все в мире ясно и понятно, для всего есть свое название. Ничто не вызывает страх или чувство неизведанного. Такой человек должен все время прикладывать усилия для того, чтобы эта фиксация была постоянной. Он для этого ведет разговор с самим собой, и этот разговор не прекращается. Это можно увидеть в крайней форме, если вы понаблюдаете за пожилыми людьми. Они все время ведут такой разговор, постоянно в чем-то убеждая себя, обвиняя кого-то, или просто этот разговор носит характер повествования. Иногда они забываются и начинают разговаривать с собой вслух. За счет такого диалога положение точки сборки становится более жестким и фиксированным.