Собрав всю волю в кулак, он сосредоточился на брате. В руке появился черный меч короля демонов — единственный подарок его настоящего отца. Сражаться с Саерусом и нарастающей слабостью одновременно Бастиану приходилось впервые, требовалось максимальное сосредоточение.
— Не дайте Берилл забрать серебряный кристалл! — проговорил он.
Саерус начал атаковать. Он не щадил брата, хотя прекрасно понимал, что из-за раны Бастиан в разы слабее него. И он собирался использовать свое преимущество. Император хотел убить брата и Бастиан это понимал. Острая боль пронзала все тело, отчего ему было невыносимо трудно сосредоточиться и отражать атаки брата. Бастиан вдруг осознал, что если сейчас же не изменит ход битвы и наконец не возьмет верх над ситуацией, то никогда не увидит рождение своего ребенка. Он отчаянно не хотел умирать, он наконец-то познал счастье, он снова любит, и любимая женщина любит его, и понимать, что сегодня все это для него закончится было мучительно больно. Он старался не смотреть на Селин, чтобы она не увидела в его глазах страх. Животный страх смерти. Но рана в животе была еще одной причиной, по которой он мог не увидеть их с Селин ребенка. Боль в области раны пульсировала, и Бастиан чувствовал, как с каждым его движением кровь вытекает из раны, счет шел на минуты и время в тот раз играло против него. Бастиан боролся с отчаянием, которое все сильнее охватывало его разум, заставляя опустить руки. Он не имел права сдаваться!
Селин так была напряжена, следя за ходом сражения, что не почувствовала стоящую позади нее Берилл. Только ощутив, как костлявая рука с острыми ногтями вцепилась в ее шею, девушка постаралась не вскрикнуть, чтобы не отвлекать Бастиана. Она сумела вырваться из рук ведьмы, но острые, словно лезвия клинка, ногти оцарапали кожу девушки и на корсете ее белого платья появились пятна крови. Одним взмахом руки Берилл раскидала в стороны остальных королей и девушек, оставаясь с Селин один на один.
Девушка помнила о мече, но ее так и не научили призывать орудие, потому вставив руку вперед, она мысленно позвала меч. Но ничего не произошло. Берилл рассмеялась и пошла к ней. Ведьма пыталась запугать ее и, чем ближе она подходила, тем страшнее было Селин, но храбрая девушка не показывала свой страх. Она знала, если вскрикнет, то отвлечет Бастиана и он погибнет. Берилл приближалась, протягивая руку и злорадно улыбаясь. Селин махнула рукой и в Берилл тут же полетела светящаяся цепь, от которой женщина увернулась в самый последний момент. Она испугано посмотрел на свою руку не понимая, что произошло.
— Селин! Постарайся поймать ее своей цепью! — выкрикнула Арья, направляя в ведьму молнию.
Рейна начала читать в слух заклинания, чтобы обездвижить ведьму, а Амалия призвала свою силу и на дворец опустился туман. Берилл лишь рассмеялась, видя попытки глупых девиц остановить ее. Селин снова махнула рукой, но в этот раз ничего не произошло. Девушка испугалась очень сильно. Берилл продолжала идти к ней, от атаки Арьи ведьма увернулась, разозлившись уже не на шутку. Видя, что девочки вновь готовятся атаковать ее, ведьма зло зарычала, и буквально полетела к Селин, выставив руку с удлинившимся когтями вперед. Та зажмурилась и в следующий миг почувствовала, как в ее левое плечо, прямо рядом с шеей вонзились ногти Берилл. Она сдержала крик, лишь застонав, прикусила нижнюю губу. С трудом собрав волю в кулак, Селин снова взмахнула рукой и услышала болезненный крик ведьмы. Цепь больно хлестнула Берилл по лицу, женщина ослабила хватку и рухнула на пол.
— Селин! — выкрикнула Арья, выпуская разряд тока в Берилл.
Селин взмахнула рукой, не обращая внимания на боль в левом плече, но опять ничего не произошло. В этот миг, она услышала глухой стон Бастиана и повернула голову в сторону, где он сражался с Саерусом. Она заметила кровь на правом плече, еще одна рана. Она стиснула зубы, молясь, чтоб он сумел одержать победу. Джарет и Ронан видя, что нужно помогать Бастиану, схватились за мечи, но стоило им приблизиться к Саерусу, как оба застыли, словно каменные изваяния. Каин ринулся в сторону Берилл, формируя в руках налету огненный шар, но ведьма щелчком пальца взорвала атаку рыжего парня прямо у него в руках, и он упал на пол без сознания.
— Бастиан! — выкрикнула Селин.
Она словно сквозь толщу воды, слышала крики Рейны и Арьи, на ее глаза навернулись слезы, из-за которых она почти ничего не видела. Берилл снова вцепилась в нее, больно сдавливая шею, воздуха катастрофически не хватало. Селин пыталась отнять ее руки от себя, но ведьма была сильнее. Поля зрения сужались, ужас охватил девушку. Она вспомнила, что в ее животе ребёнок, и умереть сейчас, не дав ему появиться на свет, Селин не могла.
— Сдохни! — выкрикнула она из последних сил.
В ее руке появился меч, который она воткнула в грудь женщины. Берилл разжала руки и Селин закашлялась, ведьма ухватилась за лезвие меча и начала истошно кричать. От ее тела, куда был воткнут меч, шел густой черный дым, она словно сгорала. Селин облегченно выдохнула, видя, как медленно угасает жизнь в глазах Берилл. Женщина издала последний стон и рухнула на пол, рассыпаясь на сотни мелких черных осколков, которые также продолжали испаряться. Тяжело дыша, девушка перевела взгляд на Бастиана, он стоял на коленях перед Саерусом и из его груди торчал меч императора. Селин не сразу поняла, что кричит, в ее горле словно застрял дикий вопль. Она будто очнулась ото сна, сжала в руке меч и пошла к Саерусу, который улыбался, глядя на своего поверженного брата. Бастиан слабел каждую секунду, боль он уже не ощущал, только могильный холод. Бастиан рухнул на пол и Саерус успел выхватить меч из груди своего брата.
Слезы катились градом по щекам девушки, которая пристально смотрела на Саеруса. Как же он радовался, что убил родного брата, человека, который любил его до последнего момента, который до последнего хотел помочь ему. Селин гнала от себя мысль о смерти, но все же понимала, что Бастиан не выживет. И от этого в груди становилось невыносимо больно. Боль была такой силы, что девушке казалось, будто в грудную клетку попали угли. Она плохо видела, но четко понимала, что должна сделать, отомстить за любимого, отомстить за боль, которую ей причинили, за сломанную жизнь. В голове у нее была только одна мысль — убить Саеруса.
— Девочка моя! — Саерус зло улыбнулся, увидев приблизившуюся Селин, и слегка ударил мечом по орудию в руках девушки. Но она удержала меч, продолжая сверлить его взглядом. Саерус рассмеялся. — Ты думаешь, что сумеешь меня победить? — усмехнулся тот.
— Посмотрим! — выкрикнула Селин.
Она атаковала его цепью, выбив меч из рук. Он испуганно уставился на девушку. Оглянувшись он увидел маленький кинжал Берилл, но он был слишком далеко.
— Будь ты проклят! — закричала она, вонзая меч в грудь Саеруса.
У нее словно были заложены уши, она слышала, как где-то вдалеке кричала Ариана, моля не убивать императора, но Селин не могла остановиться. Император рухнул на пол, а она снова вонзила меч в его грудь.
— Ненавижу! — она раз за разом вонзала меч в грудь мертвого мужчины, вымещая всю злость, боль и отчаяние. От слез она почти ничего не видела, лишь слышала, как меч вонзался в плоть Саеруса.
— Он мертв! — остановил ее Ронан.
Девушка испугано посмотрела на Ронана, стирая слез с лица. Ее руки были в крови, и она испачкала кожу на щеках кровью и уже было не понятно кому принадлежала эта кровь, ей или Саерусу. Селин выронила свой меч, который полетел вниз и словно растворился в воздухе.
— Оставь его! Ты можешь не успеть попрощаться с Бастианом!
Девушка не смогла сдержаться и громко всхлипнула. Слезы текли не прекращая, она побежала к мужу и оказавшись рядом с ним встала на колени. Она взяла его руку в свою. Его пальцы были ледяными, он часто и поверхностно дышал и с каждым движением его грудной клетки, кровавое пятно на груди увеличивалось. Селин хотела не плакать, но не смогла. Слезы лились из глаз против ее воли.