— Для тебя эта тема также закрыта? — Арья не торопилась отвечать, словно подбирала правильные слова. — Если не хочешь говорить…
— Селин потребовала закрыть гроб… — Арье тоже хотелось знать больше, чем то, что рассказал Ронан.
— Как жаль, что у Арианы не получилось воспользоваться кристаллом… — Рейна тяжело вздохнула и девушки замолчали, вспоминая, как Ариана отчаянно просила кристалл вернуть к жизни хотя бы одного из мужчин.
— Я была удивлена тому, что на похороны Бастиана явился этот демон… Нокс. — Арья скривила недовольное лицо.
— Нокс отец Бастиана, и несмотря на то, что он демон, ему был дорог его сын. — Рейна знала, что среди людей и белых магов существует неприязнь к темным. — Хотя странно, что он пробыл в Вальтроне несколько дней. — Арья кивнула.
Девушки снова погрузились в молчание, обдумывая сказанное.
— Его величество, Восточный король! — Громко сообщила фрейлина Рейны, отвлекая девушек от раздумий.
Рейна и Арья переглянулись, как бы давая друг другу понять, что об их разговоре Джарету ничего знать не нужно и, кивнув друг другу, поднялись со своих мест, приветствуя вошедшего в покои. Джарет не ожидал увидеть в покоях Рейны еще и Арью, но был в прекрасном расположении духа, и мягко улыбнулся, увидев гостью.
Почти месяц он не видел ни одну их девушек, кроме своей жены, и по большому счету не желал видеть. Лишние разговоры бередили почти успокоившиеся раны, а вспоминать события, после которых он потерял хорошего друга, было невыносимо больно. Рейна и Арья чувствовали, что трое мужчин что-то скрывают, но никак не могли понять, что, а задавать лишние вопросы не было смысла — правду они не скажут.
— Я рад, приветствовать вас, Леди Арья в моей резиденции. — кивнув головой, произнёс Джарет.
Арья тоже поприветствовала мужчину кивком головы. Она поняла, что засиделась у Рейны и пора было возвращаться домой, тем более с такой радостной новостью. Она мельком взглянула на хозяйку замка.
— Позвольте пригласить вас на ужин. — максимально мягко произнес Джарет.
— Благодарю вас, ваше величество, за оказанную мне милость, но я, кажется, задержалась у вас в гостях дольше положенного. — Арья улыбнулась Джарету и он заметил странное изменение во взгляде гостьи. Она взяла Рейну за руку и сжала ее пальцы в своей ладони. — Мне пора!
— Я провожу вас, ваша светлость! — Джарет показал рукой на дверь.
— Нет, не стоит! — Арья сдержано улыбнулась Джарету.
Она и правда не хотела проводить с ним ни минуты, понимая, что неловко будет обоим. Рейна словно почувствовала, как подруге было некомфортно и быстро пришила на выручку.
— Леди Арью проводит моя фрейлина! — ласково произнесла Рейна, мягко обнимая мужчину за руку.
Джарет взглянул на супругу, которая одарила его своей самой нежной улыбкой. Ему ничего не оставалось, как согласиться со своей женой, он кивнул ей и перевел взгляд на фрейлину, стоявшую в стороне. Арья задержала взгляд на Рейне и после быстро покинула покои Восточного короля.
1 год после рождения дочери Арианы.
После того дня Арья и Ронан наконец-то смогли отдохнуть и их жизнь вернулась в прежнее русло. Девушка готовилась стать матерью, а Ронан управлял своим королевством. Через несколько дней должно было состояться празднование первого года жизни дочери Арианы Принцессы Леи и в скором времени Арья готовилась снова встретиться со своими подругами. Больше всего ей хотелось увидеть Селин — она только родила наследника и Арье не терпелось увидеть сына Бастиана.
Изначально Арья обрадовалась поездке в Иллюзион, а вот Ронан был против того, чтобы Арья ехала так далеко. Телепортом пользоваться он тоже категорически не хотел из-за состояния своей жены — боялся, что роды могут начаться раньше из-за нагрузки при телепортации. Его уверяли все, что это совершенно безопасно и для Арьи, и для близнецов, но Ронан стоял на своем — категорически запрещал жене ехать с ним. Тогда Арье пришлось использовать последний козырь — она пригрозила Ронану, что, если тот продолжит препятствовать ее поездке, она уедет рожать на свою родину, а по законам ее княжества отец сможет увидеть своих детей только, когда им исполнится 3 месяца. Ронан отступил, продолжая выражать свое недовольство, когда снова поднималась тема поездки.
В день поездки он приказал с самого утра начинать приготовления к отъезду — телепортом пользоваться он отказался и Арье пришлось принять условия мужа. Тем более, что он пообещал ей полный покой — она ничего не будет делать, Ронан все сам подготовит. Он с ужасом вспоминал первый месяц после трагедии, как мучилась от кошмаров Арья, как успокаивал ее по несколько часов, буквально убаюкивая, словно маленького ребенка. Он до сих пор помнил, как она дрожала в его руках, помнил ее огромные слезы и страх в глазах. И он мечтал, что, когда это кончится, они смогут спокойно выспаться, отдохнуть. Но сейчас ему опять было не комфортно. Но спорить с женой не стал, потом что угроза увидеть детей не раньше трех месяцев их жизни его откровенно пугала.
После обеда они должны были отправиться в путь и у Ронана было не так много времени, чтобы потренироваться, прежде чем начать подготовку к отъезду. Он не пропускал тренировки, с тех пор как не стало Бастиана, он стал серьёзнее относится к советам друга, которого ему так не хватало. Он чувствовал, что так становится ближе к нему. Ронан до сих пор не мог говорить о нем в прошедшем времени — язык не поворачивался. И когда его поправляли, это доставляло ему боль.
В тот день, когда случилась трагедия, унесшая жизнь его друга, Ронан ощутил, что большая часть его сердца умерла вместе с ним. Он страдал, ощущая острую нехватку бесед с другом, сражений на ристалище и просто молчания вдвоем — Бастиан был непросто другом, Ронан чувствовал, что они с ним были ближе друг другу, даже чем Бастиан с братом.
Ронан никогда не рассказывал Арье о своих душевных мучениях, хотя девушка чувствовала, что ее мужу плохо. Чтобы хоть как-то отвлечься от душевны страданий, Ронан вплотную занялся изучением военной стратегии, особенно после того, как Ариана отделила Иллюзион от других четырёх королевств. Отныне это были союзные королевства, а не империя. Ариана стала королевой и правила Иллюзионом сама. Новые условия жизни диктовали свои правила и Ронану пришлось принимать их. И чтобы не стать посмешищем он делал все, как когда-то советовал ему Бастиан.
Вновь и вновь отражая атаки своих спарринг-партнеров, Ронан усмехнулся мысли о том, что и после смерти Бастиан помогает ему. После спарринга он отправился в свои покои, необходимо было разбудить жену, позавтракать вместе и отправляться в путь. Но прежде всего завтрак с женой — это был особенный ритуал в их жизни. Время побыть вместе, вместе помолчать, или что-то обсудить, горячо споря, или просто выслушать ее сны или рассказ о каком-то платье. Ронан старался наслаждаться каждым мигом, проведенным рядом с любимой, словно помня о том, что жизнь слишком коротка и может прерваться в любой момент.
Глава 24
Каин и Амаляи. Первая годовщина принцессы Леи. Амалия.
Перемены в характере мужа Амалию иногда пугали, но несмотря на все, он ни разу не повысил на нее даже голос, что уж говорить о рукоприкладстве. Но со дня их свадьбы, которая обернулась трагедией, Амалия ощущала чувство тревоги, особенно глядя Каина. Она боялась, что однажды он сорвется. Девушка помнила, как восхищённо он говорил о Бастиане, сколько теплоты было в их дружеских отношениях. Иногда она ловила себя на мысли, что Бастиан и Каин больше, чем просто друзья — они братья. Девушка боялась, что ее любимый не сможет пережить боль от потери своего лучшего и единственного друга и однажды сойдёт с ума и что-то попробует с собой сделать. И хуже всего, что Амалия не знала, как помочь ему. Она понимала, что Каину требуется время, но прошло уже больше года, а легче ему не становилось.
Амалия видела, что муж тоскует по другу, сначала она пробовала его отвлечь, пыталась найти для него увлекательные занятия, но Каин хоть и соглашался на ее затеи, но интереса не проявлял. И она опустила руки. Она старалась никак не напоминать о тех событиях, которые навсегда похоронили имена Бастиана и Саеруса. И сколько бы времени не прошло с тех пор, Амалия была уверена, что забыть друга Каин не сможет никогда.