Аврора не удержалась от сарказма.
– О! Видать всю ночь глаз не сомкнул, вон мешки какие до самого чл…коленей!
– Язвишь? Постоянство это хорошо. Но мое терпение, Аврора, – Он с нажимом произнес ее имя. – Не постоянно. Запомни это. – Стража! – Громко позвал король. – Уведите ее! Ты, – обратился он уже к Авроре. – Будешь сидеть в темнице неделю! Будешь сидеть, и думать над своим поведением. Если ты считаешь, что это мягкое наказание, то скоро поймешь, как ошибалась.
Король оказался прав. Она почти сразу поняла, как ошиблась на этот счет. Аврора и правда, обрадовалась такому наказанию, подумаешь, темница. Видеокамер здесь нет, считай полнейшее уединение. Но стоило ей спуститься в подземелье, как радость исчезла, оставив горькое разочарование. Комнат, точнее карцер, здесь было три. Все они пустовали. Вместо хотя бы железных, неудобных и скрипучих кроватей, был лишь соломенный тюк на голой земле. Опорожняться предлагалось в ведро, которое здесь, наверное, со времен мезозоя. Кроме того, было очень холодно. И в довершении всего, ту камеру, в которой ее заперли, охраняли. К маленькому облегчению, женщины. Они, как и остальная стража были одеты в доспехи. Но, если наверху Авроре было жаль стражу, ибо в таких одеждах можно сдохнуть от жары, то в данной ситуации, даже позавидовала. Она-то как обычно в платьице к королю пошла. Даже накидки не взяла.
Аврора стояла посреди карцера. Куда-то прислониться или еще хуже сесть на этот ужасного вида соломенный тюк, просто побрезговала.
– И все? – Вопрос прозвучал в пустоту, словно она сама у себя спрашивала. – Он, правда, запер меня здесь? Серьезно?! Кормить-то меня хоть будут? – с надеждой вопрошала она. И, к своему удивлению, услышала ответ.
– Да, госпожа. Похлебка два раза в день и кувшин воды на день.
– Очуметь можно! Хрен с ним два раза, но вот слово «похлебка» меня настораживает. В фильмах это весьма неприятная на вид и запах жижа. И что? Неделю так питаться? Нет уж, увольте, я лучше с голоду помру.
Она просто села на землю, расправив платье.
– К черту! Выйду отсюда и выброшу это платье в спальне этого придурка! – Почти выкрикнула она.
– Мне нравится ход твоих мыслей, – раздался голос откуда-то из-за угла. – Формулировка только хромает. В остальном… – Обладатель голоса, наконец-то вышел из темного угла и, ехидно улыбался. – Как тебе апартаменты?
– Шикарны! – Сморщилась Аврора. – Что еще от вас можно было ожидать, Ваше Величество.
– Ты сама нарвалась. – Просто ответил король. – Твоя наглость, хамство и невежество принесли свои последствия… – Ингвальд снова покрутил головой, разминая похрустывающую шею. – Так что наслаждайся. Скоро еду принесут, – усмехнулся король и направился к выходу.
Если он думал, что Аврора вслед будет умолять ее отпустить, то ошибся. На принципах далеко не уедешь, но в данный момент унижаться она не собиралась.
Она продержится без еды, сколько сможет, а там, кто знает, может, ее и не будут тут держать целую неделю. День-два, в качестве науки, Вряд ли король позволит, чтобы его будущая невеста ела всякую гадость. Хотя…
Мысли Авроры прервал ехидный смех, а затем и голос.
– Вы поглядите кто тут? – Эмма театрально хлопнула в ладоши. – Да тут же «любимая фаворитка», – она изобразила кавычки. – Тык ведь ты говорила.
Аврора повернулась спиной. Сейчас ее радовала только одно, что камера закрыта. А Эмму можно просто игнорировать.
– Эй, «фаворитка»! – Окликнула ее Эмма. – Чего не отвечаешь? Язык к небу примерз? Неудивительно. Тут так холодно. Боюсь, что к концу наказания ты станешь такой ледышкой, что королю будет трудно с тобой находиться и, он просто тебя сошлет. Куда-нибудь в пустыню… – Она снова рассмеялась. А Аврора про себя решила, что такого унижения королю точно не простит. Еще и не за что. Просто за самозащиту. А этим курицам даже слова не сказал.
Игнор – идеальное оружие. Чем дольше Аврора игнорировала Эмму, тем больше она бесилась.
– Так и будешь молчать?! – Раздраженно фыркнула девица и, наконец, покинула подземелье.
[1] Название выдумано автором.
Глава 5
Принесли еду. Ну, как еду, похлебку. Ту самую жижу, которую она и представляла. С той лишь разницей, что пахла она как еда, а не как помои. Но есть ее, Аврора все же отказалась. Жижа напоминала ей ту, которой кормят пациентов в реанимации из шприца Жане. Она с грустью осмотрелась вокруг. Стало тихо. Только слышалось шипение от горящих свечей, да время от времени лязганье доспехов ее надзирателей. В какой-то момент она заснула.