Раньше мы могли целыми ночами разговаривать по домашнему телефону, а сейчас у неё своя жизнь. Но всё равно очень скучаю по общению с сестрой, по тем весёлым беззаботным дням, когда мы ночевали друг у друга, смотрели телевизор допоздна, и она учила меня готовить. Ну вот, Аня ещё не уехала, а я уже раскисла от приятных воспоминаний.
Пока мы переходили подземный тоннель, раздалось объявление о прибытие нашего поезда, затем послышался тяжёлый стук колёс, означавший, что он заходил на платформу. Бежать не пришлось, ведь стоянка у него тридцать минут на станции.
Найдя нужный вагон, Влад с дядей, не торопясь, заносили сумки, а мы с сестрой остались на улице. Она внимательно осматривала местность, будто запоминая каждую частицу родного города. Было видно, что и ей тяжело расставаться с домом, с родными, но она сделала свой выбор, убегая, как ей казалось, на волю от родительской опеки.
— Ань, а что насчёт моей просьбы? — сама только что вспомнила, надо же как вовремя.
— Какой? Проверить Юру? — она смотрела на меня с улыбкой, но глаза были полны грусти. В ответ кивнула. — Я как приеду, — запнулась. Подумала. — Зачем ждать? Забуду ещё, ведь ехать более суток.
Она достала свой телефон и быстро стала в нём что-то искать. Довольно улыбнувшись, нажала на сенсорную кнопку "позвонить".
— Приве-е-ет, Кирилл, — кажется, она радовалась этому человеку больше, чем Владу. — Да, у меня всё нормально. Вот садимся в поезд, так что жди нас с небольшими новостями, — засмеялась. — Ладно, это пока мы опустим. Кир, у меня к тебе будет просьба, точнее пока вопрос. У моей сестры на горизонте появился один, по её словам необычный, парень, — резко замолчала. — Ну конечно! Не у Юльки же, ей всего шесть лет. Приеду, фотки покажу, — молчание, а затем хмурое: — Она ещё несовершеннолетняя, так что не покажу, и вообще у неё, может, тут судьба складывается, а тебя увидит и станет твоей фанаткой, и считай всё — пропала девчонка, — смеётся. Затем уже спокойно продолжила говорить: — Я знаю, что ты очень занят, и говорила Алинке, пустяками заниматься не будешь, но всё равно спрошу. Ты сможешь проверить этого странного парнишку по базе? — на её лице выразилось приятное удивление. — Ого! Даже так? Спасибо тебе огромное. Ты самый лучший, — снова улыбка. — Ты будешь не против, если я дам ей твой номер, чтобы нам не играть в сломанный телефон? Она сама тебе позвонит, и ты спросишь у неё всё, что надо, — короткое молчание. — Кирилл, ты не просто человек, ты человечище! Я вот теперь тебя братиком называть буду, — смеётся в голос. — Надеюсь, что до такого не дойдёт. Ладно, Кир, увидимся, и тогда будем думать, что нам делать дальше. Пока-а-а.
Я смотрю на неё очень широкими от ярко выраженного удивления глазами, потому что такой довольной и беззаботной она не была даже когда общалась со мной, и снова лёгкая ревность уколола меня. Сразу же задумалась, неужели я такая прям собственница, что ревную сестру к двум разным мужчинам, не имеющим ко мне вообще никакого отношения!? Я ужасный человек.
Удивленный с застывшим вопросом в глазах мой взгляд был по-прежнему устремлён на Аню. В это время как раз из вагона выходили мужчины. И словно, не замечая их, сестра дала мне команду:
— Доставай свой мобильный, записывай номер телефона Кирилла Александровича. Он согласился тебе помочь, хотя я считаю это лишнем.
— Кирилл Александрович или Кирилл? — недоверчиво переспрашиваю, записывая под диктовку номер.
— Это для Влада он Кирилл, для всех остальных Кирилл Александрович. Мне сравнительно недавно сделал такую большую скидку, и то из-за Влада, наверное.
— Вот видишь сколько плюсов от общения со мной, Анна, — вмешался-таки инопланетянин.
Но сестра не стала обращать на это внимание. Вообще она странная какая-то со вчерашнего дня. Видимо, поругались сильно. Ну, как поругались, так и помирятся, не моё дело.
Проводница, стоявшая возле входа в вагон, крикнула нам, что поезд через три минуты отправляется. Первым обнял Аню дядя, затем после мужского рукопожатия, он также обнял явно этого не ожидавшего Влада. А ты думал? Мы, крестьяне, народ простой, но добрый и приветливый. Затем сестра сжала настолько крепко меня в объятиях, что показалось не хотела отпускать или даже боялась это сделать. Да, расставаться всегда грустно, поэтому старалась улыбаться, хоть это выглядело очень жалко.
Аня забежала в поезд, одаривая воздушным поцелуем, но перед тем, как ей удалось скрыться от нас, заметила покрасневшие глаза. Это хорошо, что она сдержалась, ведь я бы тоже не смогла тогда скрыть своих слёз.
Вот тут хотела развернуться и уйти, всё равно сестра не увидит уже, поэтому нечего притворяться друзьями с её неадекватом. Но мужчина протянул мне руку ладонью вверх, как в первый раз. Серьёзно? Опять? На этот раз я сняла перчатку, чтобы не быть замороженной ледяным взглядом зелёных глаз. Вложила свои тонкие пальчики в его широкую и, как оказалось, теплую ладонь. Надо же, а я думала этот ледяной король такой же холодный, как и его отношение ко всем. Он крепко сжал мою руку и, резко дёрнув на себя так, что мне пришлось удариться об него же, угрожающе произнес:
— Звони мне. Иначе пожалеешь.
И я похолодела вся: от мозга до кончиков пальцев на ногах. Так и стояла, замерев, боясь пошевелиться, пока этот ненавистный мне мужчина не скрылся в вагоне, за которым проводница наглухо закрыла дверь. Некоторое время стояла в оцепенение, и мне стало очень обидно, ведь я ничего ему плохого не делала, и страшно, потому что у него невероятная сила, этот неадекват сможет прибить меня одним ударом, если я совсем доведу его до состояния бешенства. За что он так со мной?
А дальше злость окутала мой разум, и сама уже не понимала, зачем вообще набирала трясущимися руками номер его телефона с листочка, который он сам же мне всунул. Слёзы капали на сенсорный экран. Дядя, отходивший в сторону, чтобы покурить, не видел произошедшего, и потому посчитав, что я так тяжело переживаю расставание, положил руку на плечо. Хотел, чтобы я позвонила? На, получай.
— Слушаю, — раздался его спокойный голос.
— Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ВЛАД ГРАЦИАНСКИЙ! — прокричала я в трубку сквозь слёзы и сразу отключилась, гневно взирая на удаляющийся поезд.
Погода, словно услышав мои слова, подыграла мне. Если до этого было тихо, и даже снег не падал, то сейчас мгновенно началась метель, которая стремительно умчалась вдогонку за тем самым поездом. Дядя потащил меня в здание вокзала, так как ветер с невероятной скоростью набирал мощь. Я была настолько зла на этого человека, что готова была вцепиться в его наглую рожу ногтями и расцарапать.
— Да ладно тебе, нормальный мужик, — сказал дядя, когда мы зашли в здание. — Вон Анютка как светится рядом с ним. И главное меняется в лучшую сторону. Мы с тётей Софьей довольны, что ей попался такой серьёзный человек. Чего и тебе желаем, — многозначительно посмотрел на меня. — Ты не понимаешь главного, Алинка. Для жизни именно такие мужчины и нужны, чтобы вот таких, — указал вдаль, откуда мы пришли, намекая на уехавшую дочь, — как твоя сестра, вовремя одёргивать от глупостей.
И правда, ведь пока Аня была тут, она ни разу не поругалась с родителями, не вляпалась в очередную авантюру, даже дома ночевала, а не с подозрительными подружками. И меня немного отпустило, легче стало на душе от того, что сестра находится под надежной защитой. Но если честно, то легче стало от того, что я крикнула ему эти слова в телефонную трубку. Не знаю, что со мной такое происходит, но надо постараться сделать так, чтобы наши с ним негативные отношения не доставляли ей лишних хлопот.
*
Поезд тронулся, постепенно набирая скорость.
Влад, с раннего детства привыкший к роскоши, специально заказал билеты именно купе класса люкс, несмотря на то, что его женщина, которую излишки богатства не привлекали, была против. Здесь имелась двуспальная уже заправленная полка типа кровати, по его мнению, маловата, но это же поезд, а не гостиница, поэтому сделал для себя скидку. Рядом с ней имелся складной небольшой столик, украшенный бежевой маленькой скатертью, а над кроватью красовалась коричневая глянцевая вставка с мини-телевизором, радио по центру, и круглыми лампами по бокам. На большом окне имелись жалюзи, а по обе стороны висели такого же бежевого цвета занавески. В этом же купе имелась дверь, ведущая в белоснежную туалетную комнату, в которой также находился мини-душ. Перед дверью было складное коричневое кресло для деловых работ за столом, или просто для обеда. Сравнивая достижения поездостроение двух миров, всё чаще и чаще приходил к выводу, что эта планета явно отстаёт во всём.