Она презрительно хмыкнула:
– Ну ещё бы ты сказала по-другому.
– Я говорю правду! – возразила я и предприняла ещё одну бесплодную попытку выбраться из липкого колодца ковра. – Это личное письмо. Не читай его!
Но Моппи, сосредоточенно щурясь, уже склонилась над бумагой.
Я похолодела от отчаяния. Мало мне было знания, что мастер Бетрис думает о моих способностях – ещё не хватает, чтобы об этом стало известно Моппи. Я не хотела слышать её смех и уж точно не желала её жалости. Я мысленно собралась, готовая ко всему. Но так ничего и не дождалась.
Моппи оторвалась от письма и снова посмотрела на меня. Требовательно. И самую чуточку… взволнованно?
– Здесь моё имя, – хрипло сказала она. – Она узнала правду?
Правду о чём? Что Моппи гений? Ей хотелось услышать это от меня? Вот уж не думала, что она настолько жестока.
– Сама можешь прочесть, – прорычала я и погрузилась в свою тюрьму из липкого ковра.
– Нет, – кокетливо пискнул скрытчик. – Она не может.
– Что? – Нахмурившись, я посмотрела на Моппи. – Ты не умеешь читать?
Она вздрогнула, как от удара:
– Умею!
Её пальцы стиснули бумагу, и на краткий миг я прочла в её глазах хорошо знакомую мне эмоцию. Стыд.
– Я умею, – повторила она. – Только… если слова не очень длинные. И не те, которые произносятся не так, как пишутся.
То есть практически все слова магического языка? Я невольно ей посочувствовала. У Флориана тоже были проблемы с чтением. Однажды он признался мне, что для него буквы словно скачут по всей странице как блохи, и их невозможно выстроить в нужном порядке. Маме пришлось нанимать специального учителя с материка, чтобы брат смог завершить основное обучение.
– Мастер Бетрис знает? – спросила я.
Новая вспышка стыда – на этот раз с примесью страха, если мне не показалось.
– Не говори ей ничего!
– Как ты собираешься стать мастером-волшебницей, если не сможешь выучить магический язык? – изумилась я. – Мастер Бетрис придумает, как тебе помочь.
На лице Моппи промелькнула надежда, но уже в следующий миг она исчезла без следа. В её голосе зазвучали горькие нотки.
– Я не могу так рисковать. Это слишком важно. Пожалуйста.
– Что важно? Найти корону? Зачем она тебе?
Моппи ответила:
– Затем же, зачем и тебе. Потому что меня волнует будущее Медазии.
– Хм-м, – замычал скрытчик, снова задёргав усами, и сместился ближе к дверце клетки. – Секреты. Чудные, чудные секреты.
– Слушай, ты хочешь оттуда выбраться или как? – спросила Моппи.
Я вздохнула:
– Ладно. Я ничего ей не скажу. Просто вытащи меня отсюда. Заклинание простое. Антония. Поднять.
Она повторила магические слова – и я, пулей вылетев из ковра, врезалась в потолок.
– Ай! Осторожней!
– Прости!
Она помогла мне снизиться, пока я не дотянулась до угла стола. Наконец мои ноги коснулись блаженно твёрдого пола.
Моппи подняла руку с письмом:
– Клянёшься, что это не имеет никакого отношения к короне?
Я выдернула его из её пальцев и вернула на стол:
– Она пишет здесь о своих ученицах. И всё.
Я посмотрела на скрытчика. Хотелось надеяться, что в моих словах было достаточно правды, чтобы он не среагировал.
– Корона. – Он издал протяжный звук, похожий на смешок. – Да, вот это секрет так секрет.
– Ты ради него сюда проник? – спросила я, шагнув к клетке. – Мятежники прислали тебя найти корону?
– Ты выяснил, где она? – нетерпеливо выпалила Моппи.
Скрытчик наклонился вперёд, прогнувшись в длинной спине, и погладил лапой своё маленькое ухо:
– С чего мне рассказывать вам о том, что я знаю?
Я заколебалась, затем сделала глубокий вдох:
– А если я открою тебе один из моих секретов?
Скрытчик в предвкушении довольно замычал. В темноте блеснули острые зубки.
Моппи с сомнением посмотрела на меня:
– Ты уверена?
– Я не вижу для нас лучшего шанса найти корону, – кивнула я.
Кроме того, у меня не было таких уж страшных тайн. Ну узнает скрытчик, что я на прошлой неделе стянула на кухне малиновое пирожное – подумаешь! Мои секреты были скучны и банальны.
Моппи нахмурилась.
– Для нас?
– Ну, ты же здесь. И ты вытащила меня из ковра.
Она ошеломлённо моргнула. У меня запылали щёки. Если честно, я не собиралась это говорить, у меня просто вырвалось. И всё же… мне было приятно, что она рядом. Что мне не придётся иметь дело со скрытчиком в одиночку. Я повернулась назад к заколдованному хорьку:
– Так что, мы договорились?
– М-м. Подойди ближе, – попросил скрытчик.
Я снова помедлила:
– Какой секрет ты хочешь?
– О, уверен, мне удастся найти что-нибудь интересненькое. – Его голубые глаза, хитрые и голодные, не мигая, смотрели на меня. – У всех есть секреты. Потаённые страхи. Лакомые сожаления. Упоительные мечты. Или драгоценное знание. Вам, волшебникам, лучше кого бы то ни было известно, сколько силы может заключаться всего в одном тайном слове.