Моппи молча смотрела на меня. Искорка надежды в глазах смягчила её угловатые черты.
– Нам просто нужно найти корону и дать Совету знать, что она у нас и в безопасности, – продолжила я. – И тогда они отпустят мастера Бетрис. Взрослые придумают, что делать с короной, а мы снова станем её ученицами. Она примет нас назад, если мы докажем, что она ошиблась. Может… может, она даже даст нам рекомендации для школы «Магика».
Но мои слова стёрли с лица Моппи всю теплоту.
– Это всё, что тебя волнует?! Примут ли тебя в эту напыщенную школу?!
– Я не это имела в виду! – начала было я, но она уже зашагала дальше по склону к голому гребню горы, окаймлённому молодыми лимонными деревьями.
Прислонившись к одному из них, она достала что-то из кармана юбки. Вишнёвое пирожное. То самое, которое она пыталась увеличить с помощью моего неправильного заклинания. Пирожное слегка смялось, марципан лип к пальцам, но всё равно казалось умопомрачительно вкусным. Особенно после стольких часов ходьбы по тёмной ухабистой тропе и обвинений в государственной измене. Мой желудок заурчал.
Моппи насмешливо изогнула бровь.
– Есть хочешь? – спросила она, после чего жадно откусила от пирожного и принялась намеренно громко чавкать и причмокивать.
– Нет, – отрезала я, обхватив руками живот.
– Жаль, ты так и не сказала мне, как его увеличить, – заметила Моппи, проглотив ещё кусочек хрустящей корзиночки, полной алых и блестящих, как драгоценные камни, вишен. – А то бы нам обеим хватило.
– Пирожное. Увеличить! – скомандовала я.
Пирожное вздрогнуло и стало на дюйм или два больше. Моппи хмыкнула:
– Спасибо. Оно такое вкусное. – И она снова откусила, явно не собираясь делиться.
В животе у меня опять заурчало, рот быстро наполнялся слюной. Я сглотнула.
– Ну и? Так и будешь стоять там и есть пирожное?
– Ага, – она махнула в мою сторону наполовину съеденным лакомством. – Буду стоять здесь и есть пирожное, пока ты не уйдёшь. Зачем ты мне нужна? И если ты думаешь, что сумеешь проскользнуть у меня под носом и украсть мою…
– Что это было? – Я завертела головой по сторонам. – Ты что-нибудь слышала?
Моппи сухо хохотнула:
– А, теперь ты пытаешься меня напугать, чтобы я побоялась идти одна? Ты правда надеешься, что сможешь меня провести?
Но я её не обманывала. Сверху доносился какой-то шорох и шарканье. Может, чья-то коза вышла на раннюю прогулку и сбивает с тропы камешки? Начало светать, но до рассвета ещё оставалось время, и зелёные холмы казались чужим, выцветшим, как призрак, миром с мрачными наростами валунов и зловещими корявыми оливами. Мы ушли далеко от берега, но воздух всё равно пах морем. Для паники не было причин.
Вот только…
– А вон тот валун раньше там был? – я указала на неровный бугор в тени склона над нами.
– Который? – спросила Моппи.
– Который ДВИГАЕТСЯ! – взвизгнула я. Прямо у меня на глазах камень раскрылся как бутон, приняв форму огромной кошки.
– Ещё одна статуя! – вскрикнула Моппи. – Она что, шла за нами?!
Похоже, это действительно было творение того же неизвестного волшебника. Каменный лев был из мрамора, и его, как и воина в саду, покрывали водоросли и раковины, будто он совсем недавно вышел из моря. Судя по тонким трещинам, статуя была старой, а из-за сколотой части уха она выглядела ещё более устрашающе.
Лев припал на передние лапы и, впившись в нас пустыми глазами, глухо зарычал. Звук напоминал скрежет камней. Жуткая мраморная пасть открылась, явив острые зубы, будто намекая, что у нас есть два варианта: окаменеть или быть разорванными на куски.
Если только мне не удастся этому помешать.
– Лев! Поднять!
По телу статуи скользнул мерцающий луч, так быстро, что мой глаз не смог за ним уследить. Меня пробрала дрожь, как от прикосновения к металлу в морозный день. Лев остался твёрдо стоять на каменистой земле.
– Я всё сделаю, – вызвалась Моппи.
– Нет! – воскликнула я, но она уже повторила моё заклинание.
Новая световая волна, на этот раз заметно более яркая, прокатилась по задней части туловища льва, после чего отражённый заряд ударил назад в Моппи. Она вскрикнула:
– Что это?!
На ответ времени не было. Лев прыгнул.
– В сторону! – закричала я, метнувшись вбок.
Моппи упала вслед за мной в заросли дикого тмина, а лев врезался в лимонное дерево, у которого мы стояли всего мгновение назад. Мы тут же вскочили.
– Он контрзаколдован на отражение магической энергии назад на волшебника, – объяснила я. – Помнишь, как мастер Бетрис сражалась с той статуей в саду? Она смогла её победить только потому, что воспользовалась словом-солитером. – По крайней мере, я предполагала, что именно этим объясняется разрушительная мощь её финального заклинания.