Но это ведь не кошмар, который можно разорвать заклинанием. Всё происходит на самом деле.
Должно быть, я всё-таки слегка сдвинулась, потому что юноша-ястреб встрепенулся, бросил на меня предупреждающий взгляд и шагнул вбок, перекрывая мне путь к штурвалу. Я сердито на него посмотрела, а когда снова увидела Моппи, её лицо уже излучало абсолютную уверенность. Порфира вела её к носу корабля.
«Виктория» качалась на волнах перед самым входом в бухту порта Меды.
– От гавани отчалили три корабля и направляются к нам, – сообщила наблюдательница с мачты. – Два шлюпа и тяжёлый фрегат. Похоже на «Шип». Они сигналят нам сдаться.
– Просигнальте в ответ, что мы отказываемся! – скомандовала Порфира. – И потребуйте, чтобы они развернулись.
Один из мятежников, стоящий наготове с полудюжиной разноцветных флажков в руках, принялся размахивать ими под определёнными углами. Порфира повернулась к Моппи:
– Давай, зови дракона. Пусть увидят, с кем им придётся сражаться, если они ослушаются нашего предупреждения.
– Моппи! – позвала я, больше не в силах молчать. – Не делай этого! Ты развяжешь войну!
– Не мы её развязали, – огрызнулась Порфира, – а они!
На секунду Моппи встретилась со мной глазами и потянулась рукой к короне. В груди всколыхнулась надежда, у меня даже горло перехватило. Но её пальцы сжались на перламутровом обруче. Крепко придерживая его на голове, она развернулась лицом к морю.
У меня не оставалось выбора. Я должна её остановить!
– Моппи! М-м-мф!
Чужая ладонь зажала мне рот, оборвав заклинание. Юноша с ястребиными глазами! Я принялась брыкаться и извиваться, но его хватка была слишком сильной, и мне осталось лишь беспомощно наблюдать и слушать, как Моппи во весь голос кричит:
– ЧЁРНЫЙ ДРАКОН! Я, АГАМОПА, КОРОЛЕВА МЕДАЗИИ, ПРИЗЫВАЮ ТЕБЯ ВЕРНУТЬСЯ!
Глава 17
Поначалу ничего не происходило, только волны бились о корпус корабля да поскрипывали тросы и доски. Палубу окутала мёртвая тишина. Затем откуда-то снизу донёсся гул, похожий на голос, но такой низкий, что ты его скорее чувствуешь, чем слышишь.
Внезапно в дюжине ярдов от правого борта из глубины поднялся каскад пузырей. Поверхность моря забурлила и вспучилась, и из неё вырвалось чудовище.
Он оказался ещё страшнее, чем на картине в кабинете мастера Бетрис: гигантская чёрная змея размером с целое огромное парусное судно. Гибкую шею окружал воротник из длинных, как копья, шипов. Клинообразную голову венчали два полумесяца золотых глаз с вертикальными зрачками. На его фоне «Виктория» казалась шлюпкой. Из-за поднятых им волн мой желудок подскочил к горлу вместе с палубой у меня под ногами.
Мятежники оцепенели от страха. Даже железные тиски рук мальчика-ястреба обмякли, и его ладонь медленно соскользнула с моего рта.
Против такой мощи у меня не было заклинаний.
Мускулистые кольца блестящей чешуи, отбрасывая сумрачные блики, разворачивались и сжимались, медленно подводя к кораблю огромную голову. Блеснувшие глаза нашли нос «Виктории».
Клянусь Первым Словом, это чудовище могло проглотить Моппи в один присест! Но она продолжала стоять – плечи расправлены, на лице ни тени сомнения и страха. Но даже у храбрости должны быть разумные пределы!
Я лихорадочно пыталась отыскать в памяти какое-нибудь заклинание, которое могло бы помочь. Дракон сожрёт её! Я должна что-то сделать.
Но чудовище не предприняло попытки атаковать. Вместо этого оно издало какой-то странный звук, похожий на скулёж. Его шипящий голос породил глухое эхо.
– Долог был мой сон в глубинах бездны. Как ждал я команды моего повелителя! И теперь королева вернулась! О, да будет благословенен этот день! – Он восторженно закивал и завилял всем телом. Это выглядело бы мило, если бы он не был размером с небольшую гору – а эти его телодвижения вызвали высокую волну, помчавшуюся прямо на «Викторию». Держащий меня юноша чертыхнулся, дёрнул меня за собой под мачту и поймал какой-то трос. В следующий миг на нас обрушилась водяная масса.
Глаза защипало от ледяной солёной воды, она попала мне и в рот, и я закашлялась. Королевскому телохранителю досталось не меньше. Все мятежники устояли на ногах, но лишь потому, что вовремя схватились за тросы, мачту или перила.