Тёмных. Но не чёрных. Его цвет был намного богаче и насыщеннее. Как в глубине лепестков бархатистых ирисов, как гладкая кожица сочного винограда. Лишь оказавшись в непосредственной близости, я узнала правду.
Раздавшийся сверху визг отвлёк меня от моих сумбурных мыслей. Подняв голову, я увидела Моппи, висящую в нескольких футах надо мной. Милосердные боги, Чёрный Дракон держал её в зубах! Ответный крик донёсся с «Виктории», где капитан Порфира, держась за перила, наблюдала за страшной картиной.
Моппи извивалась, била по змеиной морде и брыкалась. Без толку. Жуткие клыки держали её крепко.
Мне почудилось, что кто-то наложил заклинание окаменения на моё сердце. Золотые глаза дракона были такими же пустыми, как у статуи. Он стал бездумным рабом короны. Послушной марионеткой Бенедикта в его махинациях и ненависти.
Тёмные волосы Моппи кудрявым облаком разметались вокруг её бледного испуганного лица. Она потянулась ко мне, хватаясь руками за воздух:
– Антония!
И тут меня осенило.
– Моппи! – закричала я. – Помнишь, как мы остановили Опустошение?!
В её глазах мелькнуло понимание, слегка приглушив панику.
– Да!
– Покончи с ней! – прогремел Бенедикт. – Немедленно!
Чёрный Дракон потряс головой, сопротивляясь. Но он не сможет долго бороться с властью короны над собой. Его челюсти медленно смыкались.
Моппи закричала, и всё это дёрганье приблизило драконью голову ко мне. Наши с Моппи пальцы сплелись. Наши глаза встретились, и на мгновение рушащийся вокруг нас мир отошёл на второй план. Я произнесла слово, которое прошептала мне Рема, молясь, чтобы в этот раз я правильно поняла его значение.
И сразу почувствовала внутри себя щекотку магии.
Я произнесла второе слово:
– Дракон.
Щекотка обратилась курсирующим внутри меня потоком чистой энергии, меня будто затопил звёздный свет. Рука Моппи дрогнула, приподнимая меня над шеей дракона.
Я её не отпускала. Пока она не завершит заклинание, я должна держаться. Ещё чуть-чуть!
Моппи прокричала последнее слово.
Плотину прорвало, и из меня захлестала магия. Казалось, всё остановилось. Крики, солнце, дыхание моря. Дракон.
На один страшный миг я подумала, что Бенедикт обратил чудовище в камень, но его чешуя оставалась такой же гладкой и чёрной, а точнее – тёмно-фиолетовой. Затем время вновь побежало.
Чёрный Дракон опустил голову и осторожно поставил Моппи на перевёрнутую лодку-раковину. Я неуклюже соскользнула туда же, силы окончательно меня покинули, и мы обнялись, тяжело дыша и пока ещё не до конца веря, что у нас получилось.
Я посмотрела вверх, в глядящие на нас сверху вниз золотые глаза, которые больше не выглядели пустыми и порабощёнными.
– Я… я свободен! – Он вытянул длинную шею и повернулся к Бенедикту. – Я не желаю убивать. И я не «бестолковое создание», – с ноткой раздражения в голосе прошипел дракон.
Лицо Бенедикта стало пунцовым от ярости. Он сдёрнул с головы перламутровый обруч и потряс им:
– Корона у меня! Ты будешь делать то, что я прикажу!
– Нет. – Дракон оскалился и глухо зарычал. – Вряд ли. Ты не мой славный король.
Яростный взгляд Бенедикта нашёл меня.
– Ты. Ты это сделала. – Он фыркнул – злость в этом звуке мешалась с восхищением. – Ты умнее, чем я думал. Заставила меня поверить, что девчонка окаменела. Как тебе это удалось? Иллюзия? Какая-то форма преобразования? Впрочем, это не имеет значения. Вскоре ты поймёшь, что сделала неверный выбор. Антония. Окаменеть.
Воздух вокруг меня зажужжал от магии, и я почувствовала её холодное прикосновение. Затем сработало моё контрзаклинание и отразило её, и Бенедикт поморщился от отдачи. Он уже не выглядел сердитым – скорее… испуганным.
Довольная его волнением, я вскинула голову:
– Даю подсказку. Это не иллюзия. И не преобразование. Вообще-то я использовала вашу же вариацию техники Теренваля и наложила несколько слоёв антиокаменяющего заклинания, и у меня их осталось ещё с десяток. Это на случай, если вы ещё раз захотите попробовать, – добавила я, одарив его самой приторной и ядовитой улыбкой из своего арсенала.
Бенедикт зарычал, но я быстро произнесла:
– Бенедикт! Окаменеть!
На его лице мелькнуло изумление, а в следующую секунду его кожа посерела, а губы застыли. Наколдованная лодка под его весом раскрошилась на ледяные осколки. Я успела поймать его пустой каменный взгляд, прежде чем он скрылся под волнами.
Чёрный Дракон издал звонкий клич и нырнул за ним.
– Эй! – воскликнула Моппи. – Я думала, он теперь свободен!
Но уже через мгновение гигантская змея поднялась из воды, осторожно держа в своих страшных клыках нечто маленькое и переливающееся. Медленно подплыв к нашей перевёрнутой лодке, дракон опустил голову, чтобы мы смогли разглядеть его добычу.