«Аааа, черт», — выругалась она, ее ноги разлетелись от силы моего траха.
«Я. Нуждаюсь. В тебе». — Каждое слово подкреплялось сильным ударом бедер. «Я всегда, блядь, нуждаюсь в тебе. Эта киска, боги». Кай теперь дрочил свой член, его глаза были прикованы к точке соединения Сейдж и меня. «Ты хочешь почувствовать ее, К?» — спросил я, мой темп был безжалостным. Хлюпанье моего таза о ее задницу эхом разносилось по стенам, смешиваясь с ее стонами и криками удовольствия.
«Сначала наполни ее. Я хочу, чтобы эта киска была влажной», — прорычал Кай, его глаза вспыхнули желтым. Мои пальцы впились в мягкую кожу ее ягодиц, и я сжал их сильнее. Завтра на ней будут синяки от пальцев.
«Боги, да! Трахай меня, Фишер!»
Фарис держал ее руки полностью вытянутыми, и мне нравилось видеть ее в нашей власти. Он громко застонал, когда она сжала его эрекцию.
«Трахай ее сильнее, чувак. Отдай ей свою сперму». Кай схватил меня за затылок, и я уставился в его черные глаза, пока вбивался в нашу пару.
«Я кончу», — повторял я, мое тело жаждало разрядки.
«Даааа», — прошипела Сейдж, как раз в тот момент, когда Кай впился в мои губы, и я вогнал в нее раз, два, три раза, прежде чем все мое тело дернулось и задрожало. Моя сперма вырвалась наружу, и казалось, что оргазм длится вечно.
Как только мои яйца опустели, я отступил назад и наблюдал, как моя сперма капает из ее опухшей киски, падая на пол. Сейдж заскулила от потери члена, но быстро передумала, когда Кай пальцами медленно заталкивал мою сперму обратно внутрь.
«Пожалуйста, Альфа», — взмолилась она.
«Надеюсь, ты готова к гону, Детка», — предупредил Кай, занимая мое место позади нее и быстрым движением входя в нее полностью.
«Тебе нравится, когда твои пары по очереди пользуются твоим телом?» — промурлыкал Фарис низким голосом, заставляя Сейдж сосредоточиться на его лице.
«Я обожаю это», — закричала она, когда ладонь Кая шлепнула ее по заднице.
«Отлично, принимай свои трахи, как хорошая маленькая мамочка», — сказал ей Фарис.
Маленькая мамочка? Черт, это горячо.
Звуки, которые издавали Кай и Сейдж, были абсолютно гипнотическими. Хорошо, что кухонный остров был прикручен к полу, иначе я был уверен, что Кай протрахал бы ее через всю комнату с такой силой каждого удара бедрами.
«Трахай меня, трахай меня, о боги!» — закричала Сейдж, когда Фарис собрал ее волосы в руку и потянул.
«Кончи на мой член, Детка. Сожми этот член», — приказал Кай.
С маленьким криком все тело Сейдж содрогнулось, и я увидел, как ее пальцы ног выпрямились, икры напряглись, а бедра задрожали, когда ее оргазм пронзил ее тело. Кай наклонился над ней и укусил ее за плечо, заставляя ее издать стон чистого, блядь, греха.
«Вот так, Светлячок», — прошептал Фарис ей на ухо.
«Прими мое семя, Детка», — процедил Кай сквозь зубы за мгновение до того, как откинул голову назад и зарычал, как гребаный зверь. Он упал на нее, сразу же начиная вылизывать рану на ее плече длинными движениями своего широкого языка.
«Так красиво, как ты принимаешь нас, сладкая», — похвалил я, поглаживая ее щеку, не прижатую к столу.
«Ты так хорошо меня трахаешь», — ответила она прерывисто. «Фарис?»
«Хм?»
«Хочу, чтобы тебе тоже было хорошо».
Он усмехнулся и погладил ее по волосам. «Я чувствую себя фантастически, Светлячок».
«Но...»
«Никаких "но". Давай приведем тебя в порядок», — сказал он, обходя стойку, чтобы помочь ей слезть.
Фарис до сих пор не занимался с ней сексом, и я должен признать, мне было немного любопытно, почему. Я решил поговорить с ним об этом позже.
Хлопнула дверь, и по коридору разнесся мужской смех. Мы все замерли. Кэм и Брам о чем-то оживленно беседовали, но их разговор быстро утих, когда они вошли на кухню и застали нас в основном без штанов.
«Какого черта?» — потребовал Брам, его веселые глаза оглядывали происходящее.
Кэм скрестил руки на груди и прислонился к стене, на его губах играла усмешка. «Ну, ну, ну. Что у нас тут? Небольшая послеобеденная забава?» — Он усмехнулся. «Знаете, вам чертовски повезло, что Хантер остался с Холом в квартире работать. Если бы он вошел сюда и увидел мою ведьму полуголой и раскрасневшейся...» — Он указал на Сейдж, которая была раздета до пояса, с твердыми сосками, просвечивающими сквозь рубашку, и кожей, сияющей от напряжения. — «Мне пришлось бы навалять кому-то».
«Согласен. Мы единственные, кто видит Детку такой». Глаза Брама пылали, когда он смотрел на нашу девочку.