Я отодвинулся и снова рванул вперед, проверяя движение и обнаруживая, что оно мне очень нравится. Мой темп начал ускоряться, звук моего удара о нее становился громче с каждым толчком бедер. Она начала сжимать мой член, заставляя мои яйца сжиматься, и я выругался. Ее стоны и визги сводили меня с ума. Каждый раз, когда Брам вставлял «черт» или «дерьмо», мой оргазм подбирался все ближе и ближе.
«Потрогай ее клитор. Я кончаю», — простонал мне Брам, и я просунул руку между ног Светлячка, чтобы нажать на ее клитор. Клянусь звездами, это была кнопка включения. Трепет, который я чувствовал ранее вокруг моих пальцев, был ничем по сравнению с абсолютным сжатием, которое теперь происходило вокруг моего члена.
«Мммм». Я попытался заговорить, но не смог. Молния пронзила мой позвоночник, и фейерверки взорвались за моими веками, когда я почувствовал, как опустошаюсь глубоко внутри своей пары, ее блаженные вздохи были идеальным саундтреком.
«Дааа, маленькая мамочка. Я наполню тебя так хорошо», — пообещал я, продолжая медленно двигать бедрами.
Она рассмеялась, прижавшись щекой к бедру Брама. «Вы двое станете моей смертью».
«Идеально для нас», — прошептал Брам, нежно поглаживая ее плечо, пока я сделал еще несколько толчков, желая продлить момент. Когда я достаточно смягчился, чтобы больше не быть внутри нее, я присел на корточки и раздвинул ее ягодицы. Дрожь пробежала по моему телу, когда я наблюдал, как моя сперма начинает вытекать и стекать по ее бедру.
«Дай мне встать, Гадюка», — сказала она игриво, вставая и потягиваясь руками вверх.
«Ты в порядке там, внизу?» — Брам посмотрел на меня с ухмылкой на своем сексуальном лице.
«Я никогда не видел ничего такого... Я никогда не чувствовал этого чувства...»
Черт, я не имел смысла.
Светлячок протянула руку, предлагая свою. Я взял ее и встал, наши тела снова прижались друг к другу. «Как ты себя чувствовал, Фарис? Мы хотим знать», — мягко сказала она, убирая мои непослушные кудри с глаз.
Я взглянул между ней и Брамом, внезапно полностью ошеломленный этим чувством. Я знал, почему никогда не чувствовал его раньше.
«Скажи нам, Малыш Клык. Как ты себя чувствуешь?» — спросил Брам, подбадривая меня найти свой голос.
«Целым. Я чувствую... целым».
Глава 20. Кэм
После интенсивного секса с Брамом и Фарисом я приняла еще один быстрый душ и рухнула в кровать. Слоан был посередине с Фишером на другой стороне, его голова покоилась на груди Слоана. Они были полностью вырублены, тихо похрапывая. Мы не много спали в Бесмете — земля не самое удобное место для сна. По крайней мере, я отдохнула достаточно, чтобы восстановить достаточно сил, чтобы открыть портал и вернуть нас домой. Я знала, что Кэм все еще расстроен, но я ожидала этого. Я не была уверена, каким будет наш разговор, когда он наконец состоится.
Я прижалась к Слоану, и во сне его рука обняла меня и притянула ближе. Сон пришел ко мне, когда я слушала, как его сердце ровно стучит.
Когда я проснулась позже, Слоан и я были обвиты друг вокруг друга, как пара кренделей. Он все еще спал, и я заглянула через него, обнаружив, что Фишера больше нет в кровати. Перекатившись на спину, я потянулась и взглянула в окно. Солнце садилось, сумеречный свет струился в окно. Оттенки оранжевого, розового и фиолетового кружились на горизонте. Мы проспали несколько часов, и я была благодарна парням за то, что они позволили нам отдохнуть.
Слоан пошевелился, поворачиваясь ко мне на бок. Его лицо было таким расслабленным и по-мальчишески беззаботным во сне, словно вся травма, через которую он прошел в своей жизни, не могла коснуться его. Он будет потрясающим отцом. Все мои мужчины будут — я не сомневалась. В некотором смысле я знала, что Слоан превзойдет себя для любых детей в своей жизни, потому что его так ужасно подвел собственный отец.
И Брам... В моем воображении промелькнула картинка, как он кружит маленькую девочку с длинными рыжими волосами, пока она визжит, а он смеется. Кэм будет тем типом отца, который постоянно опекает, всегда защищает своих детей — как он делает со всеми нами. Фишер будет самым легким для детей, если им нужно будет поговорить; его стихия позволит ему легко понимать их так, как никто из нас не сможет. Что касается Кая... Я усмехнулась про себя. Я видела, как он полностью завален кучей детей, смеется и притворно рычит. А Фарис? Ну, Фарис потеряет рассудок, когда узнает. Он уже выразил свой интерес к тому, чтобы увидеть меня беременной.
«П-пожалуйста...»
Сдавленный голос Слоана вырвал меня из моих грез. Я посмотрела на него и увидела, что его лицо, которое мгновение назад было мирным, теперь искажено и покраснело.