Уилли снял свое серебряное колечко, и, дохнув на него, прижал ее к странице.
- Проходите, Уилли. Если будете прилежны, вам светит большое будущее. - напутственно произнес он.
- Фух! Пронесло! - с облегчением вздохнули братья, и отошли в сторону.
- Следующий.
К столу пожаловал мистер Олистер, известный всем волшебникам, как астроном, алхимик, и большой ученый. Он жил в волшебном городе, но, иногда, его тянуло в Лондон по своим научным делам. Чудаковатый, с отстраненным взглядом, он слыл человеком нелюдимым, и малообщительным еще и потому, что далеко не все волшебники разделяли его научные взгляды и экспериментальные поиски, не понимая, зачем нужна такая сложная вещь, как наука, когда есть волшебство.
Он занервничал, и еще сильнее ссутулился перед «троллем».
- Ну? - отозвался Хаяк Гривой.
- У меня нет волшебной печатки... - привычно заявил мистер Олистер.
- Что ж так?
Тролль впился в него взглядом.
- Будто вы не знаете, что я - не волшебник.
- Сочувствую... - проскрипел Хаяк Гривой.
- Смею заметить, у вас ее тоже нет! - буркнул ученый.
Хаяк Гривой поморщился, словно от внезапного приступа зубной боли. Ему не очень нравилось, когда кто-то указывал на этот факт. Он открыл ящик, достал перо и чернильницу, и указал в учетной книге место, где требовалась поставить подпись.
- И еще, мистер Олистер, так и знайте, если вы и дальше будете таскать в наш город склянки, с черт знает с чем, я вас больше не впущу! - насупившись, предупредил Хаяк Гривой.
- Что вы, это же абсолютно безобидные химические реагенты, но они крайне важны для моих научных экспериментов! - взмолился алхимик.
- Ваши безобидные эксперименты нас рано или поздно взорвут!
- Ну я же...
Не дослушав, и прервав ученого на полуслове, Хаяк Гривой раздраженно рявкнул:
- Следующий!
Оттеснив ученого, к столу прорвался Лицемер, держа наготове именную печатку.
Тролль недовольно ухмыльнулся, пронзая острым взглядом незнакомца.
- Ты кто такой? - нахмурился тролль.
- Я?
- Да, ты!
- Я - Альфонс Сиренски Кристофер Дрю Рой ....
- Не знаю таких!
- Рафаэль Адольф Йона Бонифаций - продолжал Лицемер.
Тролль замотал головой, протестуя против всех названных имен.
- И таких я тоже не знаю! - он побагровел, сдерживая ярость.
- Я - Лицемер, Лицемер - я! - в отчаянии стучал себя в грудь статный молодой человек, с темными усиками.
Не удовлетворившись ответом, Хаяк Гривой откинулся на спинку кресла, и сурово взглянул на него.
- Чем докажешь?!
Лицемер шумно вздохнул, и взявшись за крупный перстень на своем указательном пальце, начал вращать тонкий обруч, обвитый вокруг камушка. Он легко менял образы, превращаясь то в стройного блондина, то в жгучего носатого брюнета, то в рыжеволосого толстяка.
У тролля забегали глаза. Как вдруг, ворон каркнул.
- А ну-ка, стоп, и на два витка кольца назад, - потребовал он.
Лицемер крутанулся обратно, представ в образе маленького и толстенького человечка, и только после этого Хаяк Гривой удовлетворенно кивнул.
- Вот этого типа я точно знаю! Теперь можешь ставить свою печать. Проходи!
Недовольно крякнув, что пришлось устроить утомительную для себя демонстрацию, Лицемер, остался в образе Альфонса Сиренски Кристофер Ламберта Дрю Роя, и пройдя контроль, отошел в сторону.
Когда все остальные участники перехода прошли неприятную, но вынужденную процедуру, Хаяк Гривой потянул на себя верхний рычажок на панели, и из стены со скрежетом выдвинулась железная винтовая лестница.
Молодежь мигом ринулась по ней, наверх, соревнуясь между собой, кто первым добежит на верхнюю площадку круглой башни, с зубчатым ограждением, напоминающую огромную ладью. Отсюда можно было полюбоваться красивым и неповторимым видом, который открывался перед ними. Восходящий лик яркого солнца освещал клубившуюся серую завесу тумана, и нависнув над крышами, заслонил собой волшебный город, под названием Гризео Аква.
Глядя на восток, был виден позолоченный шпиль другой, самой высокой башни. Длинная и круглая, с бойницами окон, она грациозно возвышалась над городом, пряча от посторонних глаз тайную комнату, которую волшебники называли «колыбелью солнца».
На вершине башни вертелся древний языческий божок, Ярил. В руках он держал золотой лук. На мгновение, он замирал, как будто высматривая затаившегося врага города волшебников, и снова продолжал вертеться в разные стороны, несмотря на отсутствующий в это раннее утро, ветер.
Невысокая труба дымохода стояла посередине смотровой площадки ладьеобразной башни. Она была из красного обожженного кирпича, и никогда не растапливалась, служа волшебникам переходным тоннелем в мир людей.