— Леди, можете присесть здесь! — Крикнул Хуан, подзывая высокую даму.
Та расплылась в облегченной улыбке и заспешила к столику охотника.
Хуан залюбовался ее походкой, хотя ему не требовалось многого, чтобы восхититься женщиной. Но незнакомка была не просто “не уродлива” — Хуан назвал бы ее красавицей. В ту минуту он не задумывался о том, что, когда любовница надоедала ему, он с изумлением понимал, что проводил дни с откровенным страшилищем. При первой же встрече все девушки с хотя бы немного миловидными лицами и пропорциональными фигурами казались ему неотразимыми.
Девушка присела на край нагретого Тейром стула и вытянула длинные ноги в темных брюках для верховой езды.
— Собираетесь в путешествие, как я посмотрю, — начал Хуан, уже продумывая следующую фразу.
— Да. Муж ждет меня за дверями.
Хуан несколько сник. Впрочем, в его списке побед были и замужние дамы, вот только прежде ему не приходилось очаровывать их в считаные минуты.
— Зора, — представилась девушка, протягивая Хуану узкую ладонь в черной перчатке.
Охотник внутренне просиял. Бабочка сама стремилась на огонь. Он принял руку, слегка изумившись неожиданно крепкому пожатию. Любительница горячих скакунов, предположил Хуан, и пообещал себе показать этой леди действительно буйную скачку. И как можно скорее.
— Может, угостить тебя чем-нибудь?
— Неужели у меня голодные глаза?
Зора тихо рассмеялась. Не игриво, с некоторым оттенком снисхождения. Она сидела полубоком, положив на стол локоть, затянутый в черный шелк. Если бы Зора не сказала, что муж ждет ее за дверью, Хуан решил бы, что она вдова: в ее одежде не было ни намека на иной цвет, кроме черного. Только лицо белело, и то затененное капюшоном накидки.
— Может, я лучше погадаю? — Зора достала из кармана колоду крупных карт, явно бывших не раз в употреблении. И не для игры. — Так мы можем скрасить досуг, не ставя себя в неловкое положение.
Другой на месте Хуана понял бы, что его решительно отвергли. Но сам Хуан пока еще не мог осознать подобного. Две женщины за два дня дают ему от ворот поворот? Слишком непривычная для него ситуация, а потому непостижимая.
Но он согласился, чтобы ему погадали. Не то что б Хуан хотел узнать свое будущее, он вообще мало в это верил, но если иначе он не мог продолжить с новой знакомой разговор… Затянутые в черный шелк пальцы незнакомки задвигались в плавном танце, карты порхали меж ними.
Что-то в этой женщине было не так. Не то что б в плохом смысле… Хуан, падкий на женскую красоту, находил Зору изрядно привлекательной. Конечно, она не околдовала его, несмотря на огромные темные глаза, достойные кисти художника, но она обладала ровно столькими достоинствами, чтобы он захотел присоединить ее к своему списку покоренных сердец.
Зора покрутила карту меж пальцев и выложила ее на стол: “влюбленные”. Хуан усмехнулся, полагая, что считал намек.
— Осторожнее, юноша, — одними губами улыбнулась Зора, точно прочитав его мысли. — Вы едва ли понимаете, куда могут завести неуемные желания.
Впрочем, не требовалось колдовство, чтобы понять, о чем думает Хуан. По его сладко-хищному лицу могла читать и девственница — читать и краснеть.
Голос, понял Хуан запоздало. Точнее, акцент. Девушка пыталась подражать выговору эльзильцев, но полностью скрыть, что язык этот для нее чужой, не могла.
— Боюсь, мне пора, — мурлыкнула Зора, одними глазами указав в другой конец комнаты. Хуан обернулся: в дверь, ежась с холода, зашла Кенна, а за нею — среднего роста мужчина в точно таком же плаще, как и Зора. — Я нужна моему супругу.
Зора поднялась из-за стола. Проходя мимо Хуана — он повернул к ней голову — провела картой у него по подбородку. И разжала пальцы. Карта спланировала охотнику на колени.
Хуан проводил Зору взглядом, пока та, под руку с мужчиной в плаще, не поднялась по лестнице до самого верха, затем поднял карту. Это был “Повешенный”.
Кенна, к немалому изумлению своих спутников, последовала за странной парой, а через десять минут спустилась, уже будучи не в своей бежевой жандармской форме — в обычном, не слишком дорогом и не слишком новом костюме для путешествий верхом. Проходя мимо Тейра, она бросила тому в руки скомканный плащ, точно такой же, каким укрывались Зора и ее муж.
— Незачем привлекать к нам внимание. Господин Аннар был великодушен и ничего не потребовал за свою щедрость.