Знал ли он, что я где-то близко?
Эйшар приметил мой столик почти сразу, стоило ему обвести зал внимательным взглядом. Он без раздумий направился в мою сторону и сел на соседний стул, спиной к окну. В его руках не оказалось ничего, даже стакана с чаем.
Я посмотрела на него с любопытством — мол, чем обязана? Кажется, напряжение после утреннего разговора между нами ещё не сошло на нет. Он склонил голову, отвечая тем же. Я хмыкнула и быстро осмотрела помещение. Так как в кафетерии никого толком не было, а немногочисленным зевакам не было дела до главы Внутреннего Круга — они были заняты собственными мыслями и делами, — я расслабилась. Затем отломила кусочек пирога и положила в рот.
— Как ты? — спросил он, убивая на корню наше затяжное молчание.
— Неплохо, — отозвалась я, слизывая с губы вишневый сок.
В этот момент ему принесли кофе в огромной чашке, покрытой черной эмалью. Это выглядело внушительно.
— Ого, — восхитилась я размерами порции. — Ты что, не выспался?
Утром он выглядел куда бодрее.
— Это блажь, про которую я давно забыл.
Мне на секунду стало жаль Элгрина. Сон — залог здоровья и вообще всего. Если он плохо спит и считает возможность выспаться блажью, то для счастья этому магу многого не нужно.
— Тебе лично приносят кофе, — удивилась я, потому что не знала, что в кафетерии такое возможно. Обычно тут самообслуживание, но, может, если ты Глава Внутреннего Круга, условия другие? Уголок моего рта дернулся в полуусмешке. Меня тянуло его подразнить в отместку: — Что, Корнелия плохо справляется со своими обязанностями?
Он опасно сверкнул глазами в мою сторону.
— Ты ревнуешь?
— Ни капельки, — без тени лжи отозвалась я. Мне просто нужно чем-то отплатить ему за дерзкое поведение.
— Корнелия не готовит мне кофе, у неё на это времени нет, — объяснился Эйш. И ухмыльнулся. — Кофе из её рук успевает получить только Натаниэль, так как всегда где-то рядом крутится. Мне иногда кажется, что я не себе нашел помощницу, а ему.
Я хихикнула в кулак.
— Ну вот, ты снова улыбнулась. Мне нравится твоя улыбка, — признался он.
Я покачала головой. День выдался тяжёлый, после отпуска вспоминала как работать.
А ещё тут небезызвестные личности имели наглость мне угрожать, пуская в ход козыри и флиртуя со мной самым опасным образом. Как ему удавалось запугивать, ставить условия и доводить до приятной дрожи в коленках одновременно? Красивый, властный мужчина, абсолютно точно знающий, что он делает и что говорит. Я качнула головой. И вот с этим магом меня связала магия?
— Слушай, Элгрин, — начала я, не поднимая взгляда, отламывая новый кусочек от своего вишнёвого пирога. — Ты имел наглость обмолвиться относительно...
— Относительно?
— Рычагов давления, — продолжила я.
— Так? — очень внимательно и очень серьёзно произнёс он, готовый услышать всё, что я ему скажу.
— На счёт твоей фамилии, — продолжала я выдавать свою мысль по крупицам, намеренно действуя ему на нервы.
— Да? — он поднял взгляд, делая приличный глоток обжигающего кофе.
— С чего ты решил, что она подойдет? Я, может, и не возьму её себе.
Он усмехнулся и отвернулся, устремив задумчивый взгляд в зал.
— Это безусловная прерогатива того, кто взывает к магии. Мой род ответственен за нашу связь, так что выбора у тебя нет.
Я почти поперхнулась от красиво поставленного ультиматума.
— Я ведь могу забрать назад свое согласие! — возмутилась я.
Эйш перевел взгляд обратно на меня. Видно, я задела его своим заявлением. А мне не нравилось, что мне тыкали в брачную связь при любом удобном случае. Он вернулся к своему кофе и, недолго помолчав, сухо ответил:
— Как я уже сказал, ты имеешь на это право. Мои обещания останутся в силе независимо от твоего решения.
Не клеится у нас сегодня разговор.
Эйшар поднялся с места, поставив на блюдце с тихим звоном чашку. Я в лёгком недоумении смотрела на уже опустевшую тару.
Волнение заставило сердце биться чаще. Я боялась поднимать взгляд на него, чувствуя стыд и вину за этот разговор.
— Увидимся вечером, — произнёс маг.
Я встрепенулась и таки посмотрела ему в глаза.
— Вечером? — я удивилась.
— Я довезу тебя до дома. Думаю, я имею право на маленькую привилегию?
— Это лишнее...
Почему стало так жарко от этого предложения? Это даже не звучало как вопрос, а как четкое решение с его стороны.
— Ты отказывала мне уже дважды. Должна же ты уступить и согласиться хоть раз?
Пока я сидела с открытым ртом, он украл вишенку с последнего кусочка пирога и положил её в рот, глядя мне прямо в глаза. Я шумно выдохнула, не в силах шевельнуться.