— Кофе приносить не буду, — предупредила она и скрылась, закрывая за собой дверь.
Я ощутила болезненный укол в сердце её отношением. Но ничего, кроме смирения, я себе предложить не могла. Корнелия не стремилась восстановить со мной былые отношения. Она гордилась собой, возможностью попасть в Управление, своей работой и этим местом подле Элгрина. А я попала сюда по воле случая! Дорожка сама расстелилась для меня.
— За что она так с тобой? — раздался мужской насмешливый голос, и я вынырнула из своих мыслей.
Сложив руки на груди, Натаниэль стоял у окна. Он явно любовался видами на город до моего прихода.
— А со мной? — поинтересовался бархатный, немного хриплый голос Эйшара. И я вздрогнула от неожиданности — мне так понравилось, как он звучал.
Эйшар сидел во главе длинного стеклянного стола. На нем красовалась белая рубашка, костюмный тёмно-серый жилет и в тон строгие брюки. Очень официальный вид. Он расслабился и немного стек под стол, что говорило о доверии к присутствующим.
— А что с тобой? — переспросил, не скрывая своего веселья, Натаниэль.
— Корнелия не успевает делать свою работу, потому что кто-то без конца просит дозу кофеина в кабинет.
— Я почти не сплю, — развел руками Натаниэль. — Да и что может быть лучше красивой...
Он так резко оборвал свою речь, затем кашлянул и отвернулся. Мне показалось, что маг ветра хотел подчеркнуть достоинства Корнелии, но не стал делать этого в моем присутствии. Эйшар в свою очередь промолчал и вернулся к документам, лежащим перед ним. Вот кому в этом помещении кофе нужнее всего. По нему было видно, кто на самом деле забыл про сон. Залегшие под глазами тени тому свидетельство. Мне стало его жаль, сочувствие расцвело в груди нежным цветком.
В раздумьях я коснулась пальцами гладкой поверхности стеклянного стола, а потом вскинула голову. Из переговорной открывался обалденный вид на Шеит. Кажется, к такому привыкнуть трудно, сколько ни работай в Башне.
— Располагайся, — сухо бросил Эйшар.
Я села за свободный стул. Передо мной аккуратно лёг белый, не зачарованный чистый лист бумаги.
— Что это? — спросила я, поднимая взгляд на Натаниэля.
— Карандаш и бумага, — пояснил он, показывая мне пишущий предмет.
— Это я вижу. А… зачем?
И мне объяснили: я должна нарисовать всё, что видела в день происшествия на стройке. Начиная от темного барьера, который накинули на здание и который никто не мог снять, заканчивая открытым проходом. С последним у меня возникли вопросы — они же сами всё видели, зачем повторять. Но нет, оказалось, ви́денье Эферема не то же самое, что глаз простого мага.
— Вы серьезно? — обвела я двух мужчин взглядом.
— Рисуй, — велел мне Эйшар.
Я втянула голову в плечи и подвинула со скрипом стул поближе к столу. Художник из меня плохой.
А они со мной сидели, чтобы я не сбежала? Вдвоем, главное!
Но выполнять задание оказалось слишком сложно. Присутствие мага давило на меня. Я не могла сосредоточиться и постоянно бросала на него короткие взгляды. А этот маг воздуха пусть и был лёгкой натурой, в отличие от Эйшара — тяжесть силы которого я ощущала физически — постоянно разглядывал меня. И как! Эти подмигивания…
— Можно я отсяду? — неожиданно спросила я, со злостью положив карандаш на стекло.
— Зачем? — отозвался Эйшар.
— Вы меня нервируете.
Я не стала дожидаться ответа — поднялась с места и прошла в другой конец переговорной. Оба мага проводили меня удивлёнными взглядами.
Я устроилась с удобством с противоположной стороны стола, во главе, напротив Эйшара. Я опустила взгляд в лист и взяла карандаш в руку. Осталось сосредоточиться на задании. Нет ничего проще... нарисовать темный полог и портал в Межмирье, пусть и в виде набросков.
От скуки я начала петь. Мелодия лилась из меня так же, как в тот день, когда я мечтала прогнать Стража восвояси. Я увлеклась! Забылась, что я не одна в помещении. Но опомнившись, я тут же замолчала и больше не смела петь в их присутствии. И, кажется, моё тихое пение под нос отвлекло от работы мужчин. Их взгляды я ощущала кожей и, вскинув голову, уставилась на них в ответ. Какое-то время мы смотрели друг на друга. Оба мага глядели слишком заинтересованными, аж пальцы ног поджались в туфлях. Интерес и восхищение Эйшара было похоже на откровение, такое тёплое и щекочущее, что стало неловко.
— Я закончила.
Натаниэль приблизился и опустил взгляд на рисунки, которые я ему подвинула, тут же спрятав руки под столом и положив их на колени, чтобы у мага ветра не возникло желания меня коснуться.
— Ты красиво поёшь, — сделал комплимент он. Нат глядел не на меня — на рисунок, но лёгкая улыбка на его губах была адресована мне. Я задержала дыхание и скосилась в сторону Эйша. Тот пытался делать вид, что этого не слышал и не видел. Только мою эмпатию не обманешь — его колючее недовольство уже забиралось под кожу.