Не могла понять, что им движет. С его стороны до меня доносились отголоски разных чувств: досада, тоска, даже лёгкое раздражение и… Вина?
— Если ты сейчас свободна, я бы хотел пригласить тебя на обед.
Я едва не поперхнулась воздухом и отступила на шаг.
— Нет, — покачала головой я, ошарашенно глядя на мага, который не переставал меня удивлять. — Мне это не интересно!
Я не стала спрашивать зачем ему приглашать меня куда-то. Мне не хотелось знать! Чем меньше мы находимся рядом друг с другом, тем лучше.
— Хорошо, — я трудом выдавил он из себя. Он что, ждал что я с радостью соглашусь? Эйшар с тяжёлым вздохом выпрямился, двигаясь так плавно, опасно, гибко — боевая подготовка во всей красе — и открыл мне пассажирскую дверь.
— Тогда садись, я подвезу тебя, — произнёс он, а у меня внутри все сжалось. Меня захлестнуло его решимостью и… желанием. Я зажмурилась. Мне через силу пришлось вынырнуть на поверхность, чтобы вспомнить, кто я такая.
Я прищурилась.
Садись. Это приказ? Приказ начальства? Меня хочет прокатить глава Внутреннего Круга? Ещё один разговор, только с глазу на глаз?
Я поморщилась от боли. А он, кажется, воспринял мою гримасу на свой счёт. Но доля неприязни все же была, а также полное отсутствие желания видеть этого мага.
— Я доеду на такси.
— Эйрилин. — его серьезный тон заставил вздохнуть. Мурашки пробежали по спине. — В городе не очень спокойно... — от грозного тона не осталось и следа. Я слышала волнение. Я чувствовала его трепет...
— С чего вдруг такая забота?!
— Возможно, мне не всё равно.
Конечно. Ему не всё равно, потому что я мишень, и он, будучи со мной в связи брачного ритуала, пусть и незавершенного, рискует своей силой. Метка проснулась снова, когда мы встретились. Естественно одного из Элгринов заботит его магическое будущее. Если со мной что-то случится, он получит откат. Возможно, двойной: за незавершённый ритуал и за мою смерть.
Магии полностью не лишится, но ослабеет. И знаменитый маг молний будет способен только махать катаной, уже обычной, не магической. Магическое оружие ему будет не подвластно, как сейчас.
Почему об этом он думает только спустя долгих пять лет? Со мной могло случиться что угодно!
Мой долгий изучающий и скептичный взгляд Эйшар выдерживал стойко.
Элгрин собственной персоной решил приглядывать за мной? Слишком высокого полета птица. И моя мысль нашла продолжение в речи:
— Почему — ты? — возмутилась я. — У тебя столько помощников, подчинённых. Ты мог бы послать за мной кого угодно. Убедиться, что со мной все в порядке и спать спокойно!
— Не мог, — он спокойно смотрел, совершенно не оскорбленный моим негативом. Склонил голову набок и продолжил: — Есть вещи, которые я не могу доверить никому.
— Что тебе на самом деле нужно?
К чему этот спектакль? Зачем он подбирается ко мне так близко, что заставило его сменить гнев на милость и что растопило этот лед, с которым он встречал меня столько дней подряд. Ох, сколько недоверия и подозрительности в них было. А теперь? Сменил тактику?
— Поговорить?
Это ответ или он сам не знает?
— Мне не о чем с вами разговаривать. Всё, что вы хотели знать, я уже выложила на допросе. — Я разнервничалась. — Мне больше нечего добавить. Если хотите задать новые вопросы, только в присутствии моего начальства и моей защиты.
Я развернулась, чтобы обойти машину и перейти дорогу.
— Пять лет, — вкрадчиво произнёс он.
Я замерла. И повернулась, стараясь не выдать своего страха. — Ты изменилась, стала ещё красивее. — Он глядел себе под ноги. А потом посмотрел мне в глаза, и я сглотнула. — То, что произошло между нами пять лет назад…
— Не понимаю.
— Позволь мне тебя подвезти. Один разговор по пути до твоего дома... — Он назвал улицу и номер дома, чем вызвал у меня новую волну недовольства. Но я старалась сохранять лицо. — Если не ошибаюсь, — добавил Элгрин, ожидая, что я опровергну эти данные.
— Не ошибаетесь, — процедила я и прищурилась. А затем рыкнула: — Что вы ещё разузнали обо мне?
Раньше его не интересовала моя личность. Он забыл про меня в тот же день на турнире. А сейчас что-то изменилось. Только что? Что им движет?
— Ничего, кроме того, что ты сама указывала при устройстве. Не забывай, где ты работаешь. И с кем.
— Я помню хорошо и помню достаточно много. Но вам, хотя бы для вежливости, стоило ненавязчиво спросить мой адрес, не делая открытых намёков на свое положение.
— Один разговор.
— Нет, — отрезала я и отвернулась.
— Эйрилин!
— Мне не о чем с вами разговаривать!