А в следующий миг он судорожно выдыхает, потому что перед глазами стоит другая картина — Эйрилин протягивает руку Стражу, её взгляд пуст. Её нет. А позади неё, подталкивая и не давая отступить, полуэльфы, с гадкими улыбками и пустыми глазницами.
Невыносимо.
Над городом занимался рассвет.
Почему Эйрилин так тянулась к нему на танцполе и не желала прекращать эту игру? Что же между ними происходит?
Ему нужно было выпить. Снова. Потому что алкоголь, выпитый на празднике, уже успел выветриться из его головы и тела.
Поднявшись с места, он вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь, и проследовал по коридору. Замер у белой двери, не решаясь войти. Ему стоило поехать домой, в конце концов! Положив ладонь на ручку, Эйшар обнаружил, что у Натаниэля было не заперто. Это не удивляло, но создавало ощущение чего-то неправильного. Это не его дело, но в кабинете много важных документов и оставлять его открытым — безответственно. Однако объяснение нашлось довольно быстро.
Натаниэль лежал на одном из двух синих низеньких диванчиков, поставленных в середине помещения. Ноги, закинутые на подлокотник, свисали с него — маг был длиннее самих диванов. Один ботинок был развязан и грозился упасть на пол. Эйшар хмыкнул.
— Что ты тут делаешь? — сонным голосом полюбопытствовал Натаниэль у друга, пока тот доставал из шкафа бокал и припрятанный алкоголь.
Звякнув стеклянной пробкой, закрывающей горлышко графина, маг плеснул себе виски на четверть стакана. В нос ударил запах солода.
— А ты?
— Ну, — уклончиво произнёс маг ветра, — домой как-то не хотелось, до Башни было ближе.
Натаниэль, увидев, как его друг пьёт алкоголь, поморщился и закрыл глаза, чтобы не видеть то, что наводило на мысли о выпитом за целый вечер и побуждало желудок вывернуться наизнанку.
Отпив из стакана, Эйш сделал пару шагов вперёд, остановившись в середине кабинета. Он любовался рассветом. Суровые тучи местами расступились, а через эти прорехи попадал солнечный свет, окрашивая их в розовые и оранжевые цвета.
— Красивый вид.
— Угу, — буркнул маг ветра, пытаясь встать. Эйшар поставил стакан на подлокотник, протянул руку, помогая другу подняться, а затем похлопал его по плечу. Натаниэль позеленел и скупо улыбнулся такой поддержке.
— Спасибо, — произнес Элгрин, подняв бокал, давая понять, за что он благодарит.
— Не понимаю…
…Как ты можешь это пить — вот что он хотел сказать. И скрылся за дверью в личный туалет.
— Мне сейчас это нужно, — Эйшар махнул рукой и ушёл к себе.
Темнота кабинета, нарушаемая занимающимся рассветом — серыми тенями, которые прогоняли сумеречную тьму, — давила на мага. Залпом осушив бокал с толстым дном, он поставил его на низкий журнальный столик.
Спустя долгих двадцать минут ему опостылело одиночество, и он решительным шагом преодолел расстояние до белой двери, ведущей в кабинет друга. Документы он держал под мышкой.
— Я у тебя поработаю, — заявил маг, осматривая пространство, освещённое солнцем, постепенно выглядывающим из-за толстых тучек.
Ответом было благородное молчание заснувшего друга.
Себе Эйшар не изменял — за столом было удобнее, а здесь не так одиноко. Однако мысли не собирались сдаваться на милость порядку и подчиняться своему хозяину. Каждая новая уводила его всё дальше в дебри.
Тексты плыли перед глазами. Он перечитывал одно и то же по нескольку раз, но сосредоточенность разваливалась.
Он чувствовал себя до ужаса глупым. Он жалел, что не уехал домой.
Смог бы он уснуть в своей постели? Вероятно, нет. Смотрел бы в потолок или во мрак комнаты, на объятую тьмой мебель и всё ещё думал бы об Эйрилин. Прокручивал бы в голове сегодняшний вечер, а затем представлял бы, как она оказывается в ловушке, в руках их врага, и, возможно, умирает как мальчишка — в собственном кошмаре. Снова и снова. Что хуже?
Даже расслабленность в теле и лёгкий алкогольный туман, заполнивший его голову, не спасали от абсолютного хаоса, который его захватил.
Эйш громко стукнул по столу ладонью.
Задремавший на диванчике с бутылкой минералки в руках Натаниэль подпрыгнул, выдернутый из сна резким звуком. Он долго фокусировал зрение. Эйшар же пристально смерил его тяжёлым взглядом.
— Не смотри так. Я приведу себя в порядок! Схожу в аптеку, как только они откроются.
Эйш потёр переносицу.
— Почему ты вообще здесь? — вдруг вырвалось у него с легким недовольством.