— Смотрите! Наши следы! — воскликнула я, когда случайно оглянулась. — Нас как будто и не было там мгновение назад.
Цепочка следов исчезала на глазах. Белое снежное море смыкалось за спиной, затягивая следы бесследно. Такое чувство, что мы упали с неба, а не преодолели несколько километров сугробов, иногда доходивших до пояса. Впереди плавно рассеялся мираж лесной опушки, а на его месте возникло высокое стрельчатое строение. Храм единорогов возвышался над лесом. Острые пики башен уносились высоко в небо, пронзая облака самыми высокими и тонкими шпилями. Чёрный, изрезанный бессчётными письменами и орнаментами, храм тёмной стороны наводил оторопь.
— На светлой стороне существует точная копия этого святилища. Тёмный и светлый храмы — отражения друг друга, они уходят так глубоко в землю, что существуют в каждой половине мира, как единое целое, — рассказывал Аирель.
Мы остановились и с опаской рассматривали чёрного исполина, выросшего среди леса. Ни одного окна или щели, сплошной монолит с единственным входом. Большая дверь с резной ручкой чуть приоткрыта, она неизменно притягивает мой взгляд. Я знала, что войду туда одна, оставив по эту сторону человека и мага. За меня никто не сделает то, что нужно. Сама Паулина, сама! Я отпустила мужские ладони, оглянувшись лишь раз.
— Что меня ждёт? — чёрные и зелёные глаза неотступно следили за удаляющейся фигуркой, но никто из мужчин не шелохнулся остановить.
— Выбор, — ответил Аирель.
— Я буду выбирать?
— Тебя.
— Паулина! — вдруг воскликнул Аморан и сделал шаг навстречу.
Аура Аморана полыхнула еле сдерживаемыми чувствами, в глубине души он боролся с собой, твёрдая рука нашла рукоять невидимого меча Кейб и сжала её, ища поддержки. Я шагну за дверь храма в неизвестность и причиной всему моя клятва освободить человека. Он прекрасно осознавал, что является источником многих страхов и страданий. Понимал и винил себя снова и снова, с самого первого мгновения нашего знакомства. С губ чуть не сорвались некие слова, но вместо них прозвучало лишь:
— Удачи, любимая.
Я помахала рукой и зашагала быстрее по крутым ступенькам. Дверь в храм бесшумно распахнулась, обдав горячим воздухом. За ней чернела пугающая тьма. Снова и снова приходилось шагать в темноту. Никто не скажет, что меня ждёт на это раз и выйду ли на свет. Но я всё равно войду в эту дверь и будет невероятной удачей, если храм не окропится моей кровью.
Шагнув на порог, я остановилась и обвела взглядом внутреннюю часть храма. За спиной захлопнулась единственная дверь, отсекая дневной свет и звуки зимнего леса. Это место наполнено своим собственным светом и звуками, а ещё искаженным пространством, когда в малое вложено очень большое и запутанное. Центр огромного зала терялся в глубоком мраке, который не могли разогнать горящие светильники. Круглые чаши с тихим скрипом раскачивались на толстых цепях, что уходили к недоступному взгляду потолку. В них плясало странное пламя, тёмно-красное с алыми сполохами. Мне бы хотелось рассмотреть его необычный узор, но тонкий мир наглухо закрыт и остаётся лишь наблюдать и догадываться. Чаши двигались у стен, почти вплотную.
В бордовом свете из тьмы проступали цветные надписи. Высеченные на гладких каменных поверхностях стен, словно кружева на шёлке, они ложились витиеватыми орнаментами, поднимались с пола и терялись в непроглядной вышине. Письмена занимали всю видимую часть храма. Маленькие и большие буковки, переплетались между собой, изгибались вокруг незнакомых символов и снова соединялись в единый разноцветный узор. Плавные линии притягивали, манили дотронуться пусть мимолётно, разгадать тайный смысл. Большим усилием воли я погасила порыв прикоснуться к ним, потому что чувствовала, если поддамся искушению и обведу кончиком пальца хоть один символ, то уже не смогу оторваться и останусь тут навсегда.
— Эй! Есть тут кто? — мой громкий окрик полетел в глубину, отразился от стен эхом, но остался без ответа.
Огонь в чашах затрещал и почти потух. Мотнув головой и сбросив наваждение, я двинулась к центру зала. Но чуть не оступилась, когда наткнулась на покатые ступеньки, уходящие глубоко вниз. Остаться или спуститься? Храм казался пустынным, но далеко не заброшенным. Где искать таинственных единорогов или они сами найдут меня? Интуиция подсказывала, что нужно двигаться дальше, что оставаться на месте бессмысленно, а может и опасно. Время неумолимо бежит и пусть оно движется быстрее, чем на Мотейре, вернуться нужно в срок. Но спускаться в темень страшно до жути.