— Ты моя! — раскаты низкого грудного волоса щекотали нервы.
За долю секунды я оказалась прижатой спиной к полу. С этим существом, кипящим тьмой, не поиграешь, не обманешь, не убежишь. Руки пойманы в ловушку и заведены за голову, а властная прохладная ладонь Аиреля сладко сжала мою грудь. Волосы мгновенно смешались, переплелись шевелящимся ореолом. Тело мага стремительно покрывалось огненными струями. Смешиваясь с едва контролируемым возбуждением, энергия проявлялась в реальном мире, она принимала стихийные образы.
— Я вернулась к тебе, — мой голос не шёпот, мой голос шумящий водопад, яростно бьющийся о камни.
— Слышу, чувствую твои желания, ощущаю их запах, — Аирель провел языком по шее и прикусил мочку уха. Длинные пальцы задевали затвердевший сосок. — Хочу тебя, Паулина, желаю это тело.
— Тело? — эхом повторила я, и на миг за чернотой глаз проявился тот Аирель, которого знала.
— Я люблю в тебе всё: душу и тело, мага и человека, слабость и силу. Мне уже всё равно. И желая, я не нарушаю клятву, потому что ты хочешь этого не меньше. Моя женщина, моя жена.
— А как же учёба? — под напором нахлынувших эмоций я всё ещё могла немного мыслить. Источники погрузили нас в транс радости и эйфории, но тот огонь, что горел между нами, был сильнее.
— Скажи "да". Сейчас мы не можем обмануть или спрятать желания. Я знаю, что ты хочешь этого. Просто скажи об этом вслух, — Аирель соблазнял, щекотал дыханьем кожу, прикасался к телу так сладко, что наслаждение бежало током по нервам, собиралось внизу живота.
— Скажу, но с условием, — простонала я, цепляясь за остатки контроля.
— Не играй со мной, девочка!
Резкий голос, словно столкнулись две скалы. Аирель размахнулся и с силой ударил кулаком в пол. От удара содрогнулся шатёр, задрожала земля и вокруг нас вспыхнула огненная стена гнева. Пламя гудело и сжимало кольцо. Но я не боялась ни капли, лишь открылась навстречу Аирелю. Полное доверие окутало мага, постепенно остудило гнев.
— Я люблю вас обоих, тебя и Аморана. Впервые это не мучает, не разрывает на части. Мысли человека не тайна и он мечтает о свадьбе. Что ж, наконец, вы хотите одного и того же. Так вот, перед тем, как я скажу "да", вам придётся договориться между собой, полностью и безоговорочно примириться друг с другом. Не собираюсь в дальнейшем метаться на две стороны, уговаривать или упрашивать. Вы решите это вопрос между собой. Когда я выйду из твоего шатра, любая близость с тобой или человеком станет под запретом, пока вы не договоритесь, пока не падёт Проклятье.
— Бездна!
Гнев взвился с новой силой. Аирель, ударил кулаками об пол, он бил снова и снова, изливая ярость. Земля дрожала под нами, вспенивалась буграми от ударных волн. Тонкий мир стонал от напряжения, слишком велик накал энергии, сконцентрированной в нас. Кровь брызнула из раненых ладоней. Я поймала окровавленную руку, маг попытался вырваться, но его женщина не слабая человечка, уже нет. И силы во мне достаточно, чтобы не выпустить своего из рук. Я прижала вырывающуюся ладонь к губам и слизнула стекающие густые капли. Аирель заворожено следил за движением языка, за испачканными в крови губами, за разгорающейся с новой силой страстью в глазах своей женщины.
— Но ведь ты ещё не вышла из шатра, — хриплый голос, как шумящие камни прибоя и по спине бегут мурашки.
— Я пока ещё с тобой, Аирель.
Эмоции зашкаливало, из лютого гнева они перетекали в возбуждение. Язык зализывал рану, а с губ стекали прозрачные водные потоки. Они прокладывали извилистый путь сквозь протуберанцы огня на теле мага. Мы рисовали узоры поцелуев, а стихии переплетались на нашей коже. И уже не разобрать, кто горел огнём, а кто истекал холодными водами, чьи волосы падали водопадом, в чьих глазах больше тьмы. Я отдавалась Аирелю, как женщина, примирялась сама с собой, принимала свою сущность: раздвоенную, искажённую, ранимую и жёсткую, а где-то и жестокую, но мою. Другой не будет.
Отдавалась? Нет, это что угодно, но не подчинение. Никто из нас не брал, не давая взамен ещё больше. Чистая, незамутнённая радость слияния источников смешалась с божественным наслаждением любящих существ. В полутёмной комнате, где подчинённое магу пространство делало её огромной, рождалось долгожданное таинство. Здесь маги любили друг друга, наслаждались без оглядки, полностью доверяя и открываясь. В человеческом языке нет звуков и слов, чтобы описать близость и слияния тел, эмоций и магии на пике сексуального удовольствия.