Тонкий мир до сих пор прекрасно откликался на зов, хотя сейчас я мало, на что способна. Уход Аморана не прошёл незамеченным для меня, и отлично почувствовалось, как исчезало его тело из соседней комнаты. Рядом с ним находился Аирель и контролировал процесс. Кто бы мог подумать, что некромант станет заботиться о человеке, которого считал соперником. Самое смешное, что он и сам такого от себя не ожидал. Смешное? Неужели я ещё пытаюсь растянуть запекшиеся губы в жуткую гримасу, некогда называемую улыбкой? Савия вытягивала не только кровь, жизненную силу, но и эмоции. К утру я становилась овощем. На что она тратила такое количество выпитой силы пока загадка. Но ей недолго оставаться таковой, так или иначе, но скоро всё закончится. Дожить бы до этого "скоро".
Через несколько минут в комнату вошли Аирель и Хегельг. Они остановились у ложа в нерешительности. Прикоснуться ко мне, означало получить сильнейший ожог на несколько дней, а на создание щита у меня не было сил. Да и просто прикоснуться ко мне, нужно иметь стальную выдержку и хладнокровие. От прежней красавицы осталось измождённое чудовище, взывающее скорей брезгливость, а не сострадание. Но у магов похоже своё мнение на этот счёт. Они переглянулись, ведя мысленный диалог. Мне бы хоть чуть-чуть энергии. Сырую силу магов я сейчас воспринимать не могу из-за крайнего истощения. Требовалась реабилитация в энергетической сфере, но туда ещё добраться нужно.
Оказалось, что данная ситуация является проблемой только для меня. Мужской мозг устроен немного иначе. Он осознает проблему и сразу же ищет практический способ её разрешения, а не размусоливается на "если бы, да ка бы". А уж два мужских мозга способны развить такую бурную деятельность! Впервые маги получили разрешение творить всё что угодно в доме. Если честно, мне почти всё равно. Пространство менялось на глазах. Мебель исчезала из комнаты, освобождая место для прозрачного шара, плавно вплывающего сквозь увеличенный проём дверей. Очень скоро в опустевшей спальне остались лишь два предмета — старинная кровать, опутанная савией, и энергетическая сфера. Но мне по-прежнему, самостоятельно не преодолеть даже такого расстояния.
Не разводя лишних сантиментов, Аирель склонился надо мной и подхватил на руки. Его зрачки мгновенно расширились, а челюсти сжались от тщательно скрываемой боли. Ядовитая для магов кровь мгновенно пропитала чёрные одежды некроманта и впилась в тело, разъедая, как кислота. В два шага он преодолел расстояние до сферы и погрузил меня в благодатные потоки исцеляющей энергии. Испачканные одежды сменились новыми, скрывая от глаз обширные раны. А я вздохнула свободней, чувствуя, как внутрь тоненькими струйками вливается сила. Но чтобы собрать достаточно энергии для создания щита, мне понадобилось около часа. И лишь потом отец и Аирель присоединились ко мне в сфере. Живой ледяной кристалл и тёмная звезда потянулись ко мне, окружая со всех сторон, принося ощутимое облегчение.
— Что бы я делала без вас? Без вас и Аяны, — смогла прошептать потеплевшими губами, отдаваясь блаженству слияния источников. — В одиночку мне не выжить.
— В одиночку не выжить никому, — отец сказал фразу, имеющую глубокий смысл.
В этот момент мы втроём являлись единым целым, чувствовали мысли и эмоции друг друга. Слова отца заставили задуматься каждого и не только о собственной судьбе. Время одиноких волков прошло, оно поставило под угрозу существование магов, как вида. Медленно и со скрипом приходило понимание, что надежда только в единстве.
В этот раз, ни о каких занятиях и речи не шло. Как бы ни хотели маги вложить в мою голову больше знаний и умений, тренировки будут отложены. Совершенно очевидно, что они уже недоступны из-за крайне истощённого физического состояния. Зато впервые за эти дни появилась возможность поговорить. Я восстановилась достаточно, для того чтобы произносить слова собственными губами, а не мысленно. К тому же в голове чуть прояснилось, вернулись чувства.
— Я снова видела эльфов, — новость насторожила магов, — но в этот раз всё было иначе. Это вышло за рамки видения. Мой дух покинул тело и перенёсся в иной мир. Я больше не наблюдатель и даже смогла пообщаться с отцом Алният. Вейдэ теперь знает обо мне.
— Это очень опасно! — перебил отец, — бесплотный дух уязвим, и легко может стать добычей владеющего магией существа, тем более такого сильного, как эльф. Вейдэ пытался тебя пленить?
— Нет, отец, не пытался и не станет делать этого впредь. Я помешала похищению его дочери, а потомку Явана ведома благодарность. Зато его тесть, Эдасис, пленил бы меня с удовольствием, он и оказался неудавшимся похитителем. Аирель, тебе будет интересно узнать, что Эдасис практикует некромантию. Конечно, не совсем в такой форме, как у тебя, но нечто подобное.