Он медленно приблизился ко мне, неся наши напитки, двигаясь скованно — словно кто-то ударил его по члену. Надеюсь, именно это и произошло. Ублюдок. Когда он подошел достаточно близко, я нажал кнопку на боковой стороне кресла, поднимая подставку для ног и заставляя его отшагнуть назад, наши напитки чуть не плеснулись через край бокалов.
Если мне приходилось развлекать этого ублюдка, я мог бы по крайней мере сидеть с удобством в своем кресле-качалке с поднятыми ногами.
— Ты ребенок, — прошипел он. — Ты выглядишь гребаном смешно. Что на тебе надето? Где ты взял пушистый розовый халат с... — он наклонился, чтобы лучше рассмотреть, — это улитки?
— Я законный наследник этого королевства. Я могу носить что угодно, независимо от того, какой самозванец сидит своей задницей на моем троне.
Азраэль зарычал при мысли о том, что в этих стенах есть роялисты, но они были. И всегда будут. Мне было любопытно, как долго мой дядя выдавал себя за моего отца. В последние годы его жизни в поведении и личности моего отца было все больше и больше изменений. Черт, Азраэль, вероятно, его подпитывал.
— Это не моя вина, что они любят меня гораздо больше, чем тебя. — Я не сводил глаз со своей работы, считая стежки и игнорируя предателя. Подняв свой проект, я проверил узор, убедившись, что все выглядит ровно. Так и было. Довольный, я продолжил: — Я бы посоветовал тебе сократить убийства и набеги. Это не очень вдохновляет...
Меня прервали, когда один из бокалов разбился о стену прямо за моей головой. Спокойно я убрал свои припасы в корзину рядом с маленьким столиком, не желая рисковать, что их уничтожат.
— С меня хватит твоего рта, племянник! — прогремел Азраэль, откидывая волосы, упавшие ему на глаза.
Медленно я встал. Мой халат расстегнулся, но я не стал его закрывать, потягиваясь и драматично застонав. — У меня есть отличное решение для этого, учитывая, что я уже насмотрелся на твое лицо. Как насчет того, чтобы ты отпустил меня или убирался из моей комнаты?
Его хвост предупреждающе дернулся, и мой ответил тем же. Несмотря на то, что я знал исход драки с ним, демон внутри меня не отступил бы перед прямым вызовом со стороны другого самца. То, как он надувал грудь, его губа кривилась над зубами... Мы были опасно близки к драке.
— Я пришел предложить тебе сделку, а ты меня оскорбляешь. Ты так же хорошо знаешь, как и я, что твой отец не был годен для того, чтобы быть королем. У него не было для этого гребанных яиц — у меня есть. Я собираюсь исправить все, что он разрушил!
Мы кружили друг вокруг друга, мое тело вибрировало от желания вырвать его гребанные рога из головы и проткнуть ими его, желательно в глаза. — Я еще не слышал сделки. Переходи к делу.
— Подчинись мне. Откажись от своих притязаний на корону и публично заяви о своей поддержке моего правления. Я позволю тебе покинуть Бесмет — в изгнании, конечно — и прожить остаток своих дней так, как ты сочтешь нужным. Подальше от меня и подальше от этого королевства.
— А моя семья? — спросил я, задаваясь вопросом, к чему он клонит.
Он мрачно усмехнулся. — Твоя семья? — сплюнул он. — Я единственная семья, которая у тебя есть, мальчик.
— Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. О семье, которую я выбрал, о семье, которая выбрала меня. О семье, за которую я отдам все. Это не ты, и никогда не будет, — прошипел я, и мои пальцы сжались, когти впились в ладони.
— Вы бы все ушли. Никогда не возвращались.
— И как я узнаю, что они живы сейчас? Что они в безопасности? К ним относились с той же любезностью, что и ко мне?
Он усмехнулся. — Ты знаешь, что нет. Большинство из них держали в темницах. Это война, племянник. Ты слишком мягок для этого мира. Ты должен делать то, что нужно, в такие времена.
— Где моя пара? — прошипел я, сжимая челюсти так сильно, что думал, что треснет моляр.
Он пожал плечами. Гребанул пожал плечами! Ярость хлынула через меня, как белая горячая магма, стекающая по склону вулкана.
— В этом-то и дело. Тебе и этим магам позволят уйти, но не ей. Я не совсем жесток. Я бы, конечно, разорвал связи, которые связывают тебя с ней, и ее с тобой. То же самое для каждого из них. Она принадлежит здесь, навечно. Это ее предначертанная судьба!