«Гуппи, — сказала я. — Что случилось? Я так по тебе скучаю. Я люблю тебя». Я знала, что он мог сказать, что я плачу, даже если мы говорили телепатически.
«Не плачь, милая. Пожалуйста, не плачь. Я тоже по тебе скучаю. Все будет хорошо. Но, Сейдж, здесь происходят вещи. Вещи, которые мы не можем контролировать. Нам нужно, чтобы ты и Слоан приехали сюда как можно скорее. Мы можем договориться о встрече».
Слоан подошел, очевидно, услышав мои рыдания. Он смотрел на меня сверху вниз с нахмуренным лбом. — Что случилось, малыш? Почему ты грустишь? — Он присел на корточки и убрал волосы с моего лица, большими пальцами вытирая мои слезы.
— Фишер говорит со мной, — сказала я ему, и его рот открылся.
— Прямо сейчас? — Его глаза расширились от неверия, как будто он не мог в это поверить.
— Да, прямо сейчас. Он говорит, что он с Камом и Каем, и что в замке происходят вещи, из-за которых нам нужно немедленно вернуться.
Слоан прищурился. — Что, если это ловушка? — спросил он.
Как бы мне ни хотелось признать это, я задавалась тем же вопросом.
— Это может быть ловушкой, — пробормотал он, его выражение стало серьезным, когда он обдумывал информацию, которую я ему только что дала. — Попроси его подключить меня к разговору. Если это действительно Фишер, у него есть способность сделать это; мы знаем это по прошлому опыту.
Я кивнула. «Гуппи. Слоан здесь, со мной. Ты можешь подключить его к нам? Он хочет поговорить с тобой». Я услышала вздох в моей голове, как будто Фишеру было некомфортно, что не имело никакого смысла.
«Дай мне минутку», — ответил Фиш. Я посмотрела на Слоана, передавая ответ Фишера, который был еще более запутанным для нас. Потому что Фишер, которого мы знали, был бы отчаянно желать поговорить с нами обоими.
Через мгновение голос Фишера снова появился. «Слоан, ты меня слышишь?»
Лицо Слоана сломалось, напоминая мне осыпающийся камень. Он закрыл лицо руками, переполненный эмоциями. «Господи, Фишер. Ты в порядке? Ты ранен? Я скучаю по тебе».
Я взглянула на Слоана, пока мы ждали. Он нервничал с каждой секундой, когда не было ответа.
«Фишер?» — сказал Слоан, в его голосе появилась резкость. — Что происходит? Я не приведу нашу беременную пару обратно в этот замок, пока не буду точно знать, что это ты говоришь со мной прямо сейчас.
Фишер резко выдохнул. — Я понимаю. Мне нужно, чтобы ты знал, что за последние несколько недель многое произошло. Я немного не в себе, но я работаю над этим. Я действительно скучаю по тебе; я скучаю по вам обоим. Единственное, что заставляло меня двигаться во тьме, — это мысль о том, чтобы снова увидеть вас всех.
В моем желудке закружилось от его слов. Тошнота и боль в груди усилились, когда я подумала о том, через что уже прошел Фишер. Что еще они с ним сделали? Как они посмели причинить вред тому, что было моим... Гнев начал нарастать, прежде чем я даже осознала это. Я была чертовски взбешена.
«Кам и Кай с тобой?» — спросил Слоан.
«Они. Сейчас они разговаривают с Балором. Он был лекарем Сейдж, пока она была здесь. Он сторонник Брама».
Брам. О боги. Я сделала все возможное, чтобы заблокировать мысли о моих других мужчинах, потому что я ничего не могла сделать. Мне нужно было сосредоточиться. Как я могу их спасти? Как я могу вытащить их из этой ситуации, если меня сражает горе и тревога? Я сделала это, чтобы защитить свое сердце и разум. И теперь, имея этот разговор с Фишером, зная, что Кай и Кам с ним, мне не ускользнуло, что не было упоминания о Браме или Фарисе. Черт, или о Холе.
«Гуппи? Где Брам? Где Фарис, и где, черт возьми, мой отец?» — Страх внутри меня был подавлен нарастающими волнами гнева.
«Вот почему нам нужно, чтобы вы вернулись. Азраэль назначил их казнь на рассвете».
«О боги, — прошептала я. — О боги. Нет». Меня сейчас вырвет. Я отвернулась от Слоана и меня вырвало. К счастью, ничего не вышло, но через мгновение под мое лицо сунули каменную миску — на всякий случай.
«Что здесь происходит?» — хриплый голос Вейрина достиг моих ушей, когда мои плечи затряслись, внутри меня зарождалось рыдание.
«Милая, — умолял голос Фишера, первый настоящий проблеск человека, которого я полюбила. — Мы работаем над планом. Никого не казнят. Но вот что так срочно. В замке есть сторонники, не только этот лекарь. Они также послали весть другим демонам, призывая на помощь. Я обещаю тебе. Никто из тех, кого мы любим, не умрет завтра утром. Запомни мои слова».
«Но ты не можешь знать этого, Фишер. Ты умер! Ты уже оставлял меня!» — Я едва могла думать, так сильно сжималось мое горло. Я чувствовала, что задыхаюсь, и просто не могла сделать достаточно глубокий вдох.