ой с овец шерсти. Стало быть, чтобы времени даром не терять во время болтовни, заодно полезное дело делать - вытаскивать из шерсти разное репьё да всё прочее нацепившееся лишнее. Это ломало мои представления об аристократках, которые, казалось, должны были только музицировать во всякое время да с солнечными зонтиками по травке гулять. Отвечая на вопросы сестёр Кадней, я смотрела на них и внутренне хмурилась. Три русоволосые головки, все похожие друг на друга и на Филис, немного всё же различающиеся внешне, и несомненно, будущие красавицы. Одеты они были довольно бедно, платья старенькие, кое-где со следами штопки и немодные, туфли на ногах разношенные... Безобразие. У меня одежда намного лучше, хоть и скромная. Ну да, постарались родители Филис, снарядили одну дочку, а на остальных средств уже не хватило. - Матушка, идёмте, я вам что-то скажу. Я достала из шкатулки браслетик Винсента, подвеску Питта Фаггарта, прибавила к ним то, что подарили Филис родители - заколки и брошь. Оставила там только артефакт. - Вот, возьмите и продайте нынче же. Скоро к нам люди приедут, от самого короля. Надо лицом в грязь перед гостями не ударить, девочек приодеть. - А ты-то как же? - ахнула баронесса. - Дар у меня очень редкий и ценный открылся, будущее предсказывать смогу, как выучусь. Наверное, в столице работать буду, самым богатым людям в стране услуги оказывать. Таких вещей смогу много купить. За этим люди сюда и приедут, чтобы помочь отцу помолвку нашу с Питтом разорвать и о моей дальнейшей учёбе договориться. Им я сама нужна, хоть бы я и в одном рубище была. К тому же главная семейная ценность - артефакт - у меня останется. - А что это за браслетик такой красивый? И подвеска... - Подарки на День рождения. Браслет - от его высочества Винсента, мы в академии с ним дружим, а подвеска от баронета Фаггарта. - Что же ты подарки-то продавать собралась? - испугалась баронесса и попыталась всучить все блестяшки мне обратно в руки. - Принц уже знает, что я браслет продам, я говорила ему, а Питт и не узнает ничего. Мы ведь так и не поженимся с ним, и я уеду скоро. Так что берите-берите, используйте на нужное дело. Не то я сама всё продам и куплю, но я ни торговаться не умею, ни покупки правильные делать. В общем, родители Филис посоветовались и решили заколки с брошью Сузи на шестнадцатилетие подарить, фамильные вроде как. А вот продажу браслета барон сходу одобрил. Имеет подозрение, с чего это принц так расщедрился. "Правильно подозревает, вообще-то, дочка-то у них того... не уберегла честь свою девичью", мысленно хихикнула я. Барон добавил ещё от себя деньжат, отложенных на мою свадьбу, на наряды дочерям - тоже хочет гостей в приличном виде встретить и имеет инсайдерскую информацию о том, что свадьба не состоится. Весь следующий день мы наводили в доме порядок, а уже через два дня ожидаемые столичные гости и пожаловали. Быстро же там в столице решение приняли и представителей откомандировали. Важные господа - пожилой и молодой, они же толстый и тонкий, готовы были передо мной ковровые дорожки стелить, если бы таковые тут имелись. Словно я была вся из золота сделана, да каменьями украшена. Сокровищем, в общем. Да, я такая. Долго тянуть не стали, послали за Фаггартами, отцом и сыном. Приехали. Морды недовольные, Питт на меня почти и не смотрит. Видать, нажаловался своему папеньке, и тот собрался выкатить претензии к моему поведению, полагая, что речь о свадьбе пойдёт. Я Питта пальчиком поманила в сторонку. - Питт, скажите, не желаете ли вы расторгнуть со мной помолвку? Ибо я, признаюсь, была бы не против. Мне учиться дальше хочется. - Не скрою, я просил отца, - хмуро и обиженно ответил баронет, - но он не желает первым заговаривать об этом с вашим батюшкой. - Что ж, не вышло у нас, - улыбнулась я, - Тогда идёмте, послушаем посланцев нашего короля. Посланцы поставили обоих баронов перед фактом - ввиду государственной надобности я должна продолжить учёбу и овладеть своей магией в полной мере. Ежели мой жених желает, пусть ждёт того светлого дня, когда я эту учёбу закончу и паду, наконец, в его объятья. Может быть. А вот ежели жених не хочет ждать, а жениться ему на ком-нибудь уж невтерпёж, так его королевское величество желает компенсировать огорчение от расторжения помолвки обеим договаривающимся сторонам. Нашим родителям, естественно - сами-то мы тут имеем номер шестнадцать. Это надо было видеть, как лица обоих баронов засветились счастьем. И честь они свою сохранили, и нежеланную никому помолвку расторгли. Да ещё и хорошую такую сумму денег за это получили. Папенька Филис на радостях наливочку с закусками на стол выставил, и четверо мужчин хорошо так гульнули, с дохождением до стадии песнопения. Праздновали, будто они заключили помолвку, а не расторгли. Нас с Питтом не взяли, а то мы б тоже присоединились к веселью. На следующий день посланники опохмелились морсом из кисленькой ягоды да засобирались в обратный путь. - Леди Кадней, а вы почему не готовы? Мы разве не сказали - вас ждут при дворе, как можно быстрее. И ещё просили какой-то артефакт обмена с собой захватить, говорили, вы, кажется, знаете. Откуда король знает об артефакте, и, особенно, то, что он именно у меня? Зачем он ему понадобился? Эти вопросы не давали мне расслабиться всю дорогу до столицы. Память Филис подсказывала, что родовые драгоценности и, тем более, магические предметы, являются в этом мире "священными коровами" - никто не может претендовать на них, включая короля. Их не отбирают даже за долги полностью разорившейся семьи или у родных казнённого преступника, чьё имущество подлежало конфискации в пользу пострадавших. Посланники сами посменно вели кабриолет, поэтому я опять ехала на заднем сиденье рядом с кофром, и на ночь мы для отдыха нигде не останавливались, я так и дремала в коляске. - Вы ведь впервые в столице, леди? - спросил у меня пожилой и толстый посланник, когда к исходу вторых суток пути мы ехали по улицам стольного города, именуемого Плиссанда. Я кивнула. - И как вам? - с любопытством посмотрел он на меня. - Приятный город, - прикрыла я зевок ладонью. Толстый был разочарован, видимо он ожидал, что я зайдусь в восторге при виде необычно широких улиц или трамвая из двух вагончиков. - Красивые фонари, флюгеры, и вывески на домах хорошо подсвечены, - добавила я, чтобы его немного утешить. - Люди тут состоятельные, некрасивых вывесок быть не может, - вставил реплику сидящий за рулём тонкий. Королевская резиденция находилась как бы на острове, обведённая и отрезанная от остального города нешироким каналом. Наша коляска проехала по красивому выгнутому мостику и после предъявления пропуска одетому в форму гвардейцу, въехала в раскрывшиеся перед нами ворота. Мы обогнули большой фонтан и остановились у ворот дворца. Приехали. - Оставьте ваш сундук, леди, о нём позаботятся слуги. Внутри мы поднялись по широкой светлой лестнице на второй этаж и прошли по просторному коридору. Служащий дворца с круглым пенсне на носу сходил доложить о моём приезде лично его величеству, и меня сразу пригласили на семейный ужин, который, по его словам, только что начался. - Нет, мне надо умыться с дороги и переодеться, - заартачилась я. На заднем сиденье быстро двигавшейся открытой коляски, несмотря на имеющееся лобовое стекло, мои волосы всё-таки трепал ветер, потом я спала, скрючившись и лёжа головой на кофре, на мои руки и лицо попадала дорожная пыль, и я вовсе не желала предстать в таком помятом виде перед монаршей семьёй этой страны. Тем более, для ужина. Первое впечатление - самое запоминающееся. Да, я понимала, что сама по себе, без моего дара, не представляю для короля ценности, а дар в умывании и причёсывании не нуждался, но он был неотъемлемой частью меня. Ну или я была к нему неотъемлемым приложением, как посмотреть. Служащий оторопело поверх пенсне поглядел на меня. Я могла читать мысли на его лице. "Как она посмела, какая-то нищенка, даже не представленная ко двору... Хотя если она будет тут вместо старика Жаргала, а тот вообще никогда не признавал слова "нет"... Однако пока что она - не Жаргал, а только студентка... Но замашки у неё уже Жаргаловские. Придётся учитывать". - Вас проводят в гостевые апартаменты, леди. Но всё же настоятельно прошу поторопиться. Вынуждать ждать его величество крайне непочтительно! - Разумеется, - вежливо согласилась я. Едва ли не бегом этот служащий (что-то вроде личного секретаря короля) поручил меня другому и, уже тот быстрой спортивной ходьбой проводил меня на третий этаж и завёл в выделенные мне комнаты. При этом этот служащий выглядел так, будто это не я, а он сильно хочет посетить уборную. Экак они тут своего короля почитают. Ладно, я тогда тоже в темпе польки... Обратно к столовой пришлось буквально бежать, на ходу придерживая подол длинной юбки, чтобы не запутаться и не растянуться во весь рост на начищенном паркете. Дождавшийся секретарь в пенсне открыл высокую дверь и, думаю, машинально подтолкнул меня в спину. Вряд ли он специально хотел меня унизить, скорее, просто перенервничал. - Леди Филис Кадней, - доложил он, пока я восстанавливала равновесие.