ГЛАВА 2
Голова болела и кружилась. "Вспомнить всё" называется. Я, Ольга Самарская, тридцатидвухлетняя женщина, обладаю памятью и знаниями некоей почти восемнадцатилетней финтифлюшки Филис Кадней. Которая ничтоже сумняшеся взяла да и обменяла свою жизнь на мою. Паршивка, пороть её было некому! Вот как она будет жить в моём теле? Теперь ей точно не до любовных переживаний. Хотя, как знать, может быть Филис будет интересно в техногенном мире и с полнейшей самостоятельностью... А мне нужно о себе подумать, а не об этой эскапистке. Здесь совсем другой мир, вдобавок магический. О-бал-деть! - Леди, как себя чувствуете? - озабоченно спросил зашедший в палату целитель. - Чувствую - себя, господин Колвин, - слегка усмехнулась я, с осторожностью впервые используя чужую речь. - Вы, похоже, испытали какое-то ментальное воздействие? Может, следует пригласить менталиста? - Нет-нет, - испугалась я, - Мне лишь нужен небольшой отдых, и всё будет в порядке. Я просто использовала семейный артефакт эээ... для улучшения памяти. Так много всего вдруг вспомнилось! Нужно теперь как-то это переварить. И опыт Филис, и мой собственный единодушно не рекомендовали мне разглашать маленький секрет о том, что произошёл обмен душ. Последствия могут быть самыми непредсказуемыми. - Решили взяться за ум? Не поздновато ли? На мой недоумевающий взгляд целитель пояснил: - Приходил ваш куратор, он сказал, что вы практически ничему не учитесь и собираетесь покинуть академию после первого курса. - Да нет, пожалуй, останусь. Если не выгонят. - Ваш слепок памяти мог быть использован лишь однократно. Мы сочли, что для этого момента вы его и заказали. - Спасибо, вы всё сделали правильно. - Ну хорошо. Моя помощь вам больше не нужна? - Голова немного побаливает. Пожалуйста, снимите боль, если вас не затруднит. Целитель приложил прохладные ладони к моим вискам и через несколько секунд боль с головокружением прекратились. Магия-шмагия. Меня оставили полежать в больничном боксе с разрешением уйти в любой момент и рекомендацией всё-таки обратиться к специалисту по ментальной магии. Но вставать и уходить было страшно. Нет, я знала, куда мне можно идти. Но как-то взять и сделать первый самостоятельный шаг для меня означало принять всё, что со мной произошло. А где-то в глубине души я допускала, что мне всё это только кажется, что я, может быть, просто потеряла сознание и лежу сейчас на кладбищенском снегу. А ещё, слышала, когда люди умирают, иногда у них бывают видения, очень яркие и правдоподобные. А ну как вот я сейчас встану с кровати, выйду из комнаты, да и оборвутся мои видения вместе с жизнью? Но долго бояться и рефлексировать мне не дали. Дверь в комнату распахнулась и ко мне быстро приблизился плечистый рыжеволосый парень. Помню его. Дружок принца Винсента по имени Хант. Впрочем, это Филис считала его дружком, а на мой оценочный взгляд, это прежде всего охранник его высочества. - Филис, что с тобой случилось? Почему ты в больнице? Я с любопытством посмотрела на него и немного приподнялась, заправив подушку под спину. - А почему тебя это интересует? Нет, я не грубила. Мне правда было интересно, что он ответит. У меня даже родилась версия о причине его посещения. - Ну просто... ты же была в нашей компании, - неуклюже соврал Хант, - мы беспокоимся. - Как бы чего не вышло? - усмехнулась я. - Так ты в порядке? - не принял Хант моей иронии. - Покончить с собой не пыталась, можете не волноваться об этом там, "в своей компании". Выдох облегчения Хант скрыл, но взгляд его вильнул. - И мыслей таких не возникало, надеюсь? - С чего бы вдруг? - Ну, как я понял, ваши отношения с Винсентом заканчиваются... - Пустяки, - слегка поморщилась я. - Да? - недоверчиво переспросил Хант, - Ну тогда, если тебе что-то нужно, ты скажи. Его высочество может помочь. В пределах разумного, конечно. Это он про что, интересно? Денег дать хочет, что ли? Или цацкой какой-нибудь отдариться - во избежание, так сказать? - Спасибо, я подумаю, - не стала я отвергать предложение сходу. Мало ли, вдруг и впрямь возникнет такая проблема, что помочь сможет только принц? Никакой личной обиды у меня на него не было, равно как и страданий Филис я не испытывала. Дураки оба. - Проводишь меня в общежитие? - попросила я, - А то, боюсь, я пока плохо владею телом. Хант благородно согласился помочь девушке в беде, предложив свою руку, свёрнутую крендельком. По дороге до корпуса общежития он вызнал у меня, что в больницу я попала после использования одноразового артефакта по улучшению памяти. Вот, мол, голова и кружится, соврала я. Академгородок был очень большим. Здания, очертаниями немного напоминающие готическую архитектуру, располагались удобно, по всем правилам эстетики и инсоляции. Аккуратные газоны, клумбы, дорожки, выложенные коричневой плиткой, скамейки с кованными перильцами, старые деревья с раскидистыми кронами, кое-где небольшие фонтаны со скульптурой... Маги в этом мире не бедствуют. Приятно было оказаться среди этой пышной летней красоты после скорбного зимнего мира. Высота этажей в общежитии была довольно большой, и лестница, ведущая на мой последний четвёртый этаж, по своей длине примерно соответствовала нашему шестому этажу типовых многоэтажек. Ну да ничего, вот научусь двигаться как следует в этом теле, и никаких проблем с преодолением лестниц и дорог между корпусами академгородка для меня не будет. А пока ноги ступают немного неуверенно, словно я надела туфли с непривычной высотой каблука. Это удачно я решила использовать Ханта как опору. Моя комната располагалась в самом конце коридора, внутри полукруглой башни, венчающей один из углов здания общежития. Филис эта комната не нравилась, её раздражало, что стены расходятся в стороны радиально, под углом друг к другу, и что окно слишком большое, по всему полукругу выступающей стены башни. А я буквально влюбилась в эту просторную комнату. Прежде всего в окно, конечно. Почти от пола до потолка, с широким низким подоконником. Стёкла имели зеленоватый оттенок и были забраны квадратной обрешёткой с ячейками примерно по пятьдесят сантиметров. Некоторые ячейки можно открыть как форточки. Мебели было мало - неширокая кровать, платяной шкаф, письменный стол и стул. Площадь комнаты большая, и с таким минимумом мебели она смотрелась пустой. Это в восприятии Филис, опять же. А мне понравилось и наличие этого свободного пространства. - Хант, постой, - сказала я готовому убежать приятелю. Хотя какой он приятель? Филис от силы двумя словами с ним перемолвилась за всё время знакомства, - Раз ты такой добрый сегодня, помоги мне, пожалуйста, передвинуть этот шкаф и кровать. Да и стол, пожалуй, тоже. Стул, так уж и быть, я сама перенесу. Для мускулистого парня не составило труда выполнить мою просьбу. Однако он с удивлением поглядывал на меня, присоединившуюся к нему в передвижке мебели. Конечно, благородные девицы обычно таким не занимаются. Но и ничего неприличного в этом всё же не было. А ещё часто и опасливо поглядывал Хант на лежащий прямо на полу золотой пя