Мы не считали их касаний шпагами, но по их словам, с небольшим перевесом победил Хант. - Всё равно, мой кузен - лучший! - заявила улыбающаяся принцесса. Хант тут же поклонился ей, мол, не смею возражать. - На сегодня программа исчерпана? - спросила я. - Вообще-то мы после этого традиционно навещаем кухню и перекусываем там, - признался Винсент. - Мы сегодня с вами, - решила я за нас с принцессой, - мы ведь тоже соревновались в стрельбе, потом вами любовались, вот и проголодались почти так же. Кухня во дворце никогда не спала. Разве что, в такой час работали в основном пекари. Чай со свежайшим сладким пирогом, приготовленный, вообще-то, не для королевского стола, а для публики рангом пониже, пришёлся всем по вкусу. Особенно тётушке. Кажется, это был её самый светлый момент за весь вечер. - В точности так же пекут в баронстве Оттлмей! - авторитетно возвестила она, уминая третий кусок. По-моему, по своим покоям все расходились в таком же хорошем настроении, как я. Горничная, которая разбудила меня по моему приказанию так же рано, как вчера, подала мне столик с завтраком и указала на стоящую среди блюдец синюю коробочку. - Вам прислали от его величества, - с благоговением проговорила она. "Бывало, он ещё в постеле, ему записочки несут" - опять мне вспомнился пушкинский Онегин. В коробочке обнаружилась подвеска на изящной цепочке средней длины - насыщенный тёмно-красный камень, ярко переливающийся гранями в обрамлении овальной рамки с вкраплением маленьких прозрачных камешков. Беру приложенную открытку и читаю: "С благодарностью за вчерашний вечер, Король Дэмиус Третий, любящий отец своей дочери. P.S. Вынужден попросить Вас, леди, не продавать этот кулон сразу же, иначе мне будет неловко перед её величеством, которая предрекла такой результат".
ГЛАВА 13
Жаргала сегодня было прямо не узнать. Бодренький, подвижный, в свежей рубашечке (видимо, в местном "Детском мире" отоварился, на его-то размер), глазки из-под век остро зыркают. - Маг-целитель совершил чудо, и ты решил ещё век-другой пожить? - поддела я его после приветствия. - Глупая Ольга с севера, целитель дал мне средство, которое само убьёт меня очень скоро, зато даёт силы в последние дни, - ворчливо отмахнулся Жаргал, - У нас нет времени на пустое, иди за мной. Мы спустились в подвал, где помимо каких-то бочек и ящиков вперемешку стояли разного рода ларцы. Жаргал заглянул в один из них, потом во второй, и велел мне перетащить его на стоящий в углу столик. Тяжёлый, между прочим, хоть с виду и маленький. Что он, камней туда наложил? Оказалось - именно так, камней. И все они имели фиолетовый цвет разных тонов - от тёмного, почти чёрного, до синеватого или розоватого. Какие-то камни были необработанными кристаллами, другие сверкали отшлифованными гранями, третьи красовались в ювелирных изделиях. Некоторые камни были заряжены магической энергией, что придавало им большее сияние. - Наша магия основана на ментальной магии. Ты знала, что твоё тело раньше принадлежало ментальному магу? Я отрицательно покачала головой, впечатлённая открывшимся зрелищем. - Ты ничего не знала, глупая Ольга! Мне придётся учить тебя с самого начала, - перекривил Жаргал свои морщины, - Фиолетовый - цвет потока магии менталистов. Камни, имеющие такой цвет, усиливают способности мага, и могут накапливать и концентрировать нужную нам энергию. Чем прочнее кристалл, тем он лучше подходит для этих целей. Поэтому самыми ценными для нас являются очень редкие фиолетовые сапфиры, рубины и гранаты. Дальше идут аметисты, топазы, александриты и другие полудрагоценные камни. Тут их много. Жаргал показывал мне отдельные камни и учил различать их. Правда, некоторые драгоценные кристаллы можно было отличить по виду только ювелиру, вооружённому специальным прибором, но в целом у меня кое-что в голове отложилось. - Подбери себе перстень и носи его постоянно, - сказал мне старик. Как завороженная, я перебирала сокровища, любуясь ими. Наконец, выбрала перстенёк, который подошёл мне по размеру. Жаргал посмотрел и одобрительно кивнул. Сам же он достал из ларца нечто странное - поделку фрукта гранат в натуральную величину, у которого как бы был отломлен кусочек и его нутро переливалось "зёрнышками". Фиолетового, разумеется, цвета. К этой штуке крепился золотистый шнурок в виде петли. Это сильно напоминало ёлочную игрушку, если бы ёлка была установлена в доме богатого арабского шейха.