– Почему не птица? – дядя Элим размышляет вслух. – Она должна была стать птицей… У магии всегда есть логика.
– Грета ото летает, симург тоже, – обозначаю сходство наших питомцев, – оба со сверхспособностями.
– Верно. Но способности здесь ни при чём. Мой сокол без сверхспособностей, а у моей пары они есть. Магия это не учитывает. Точно так же у Калеана с Эни. Питомцы одного класса, но с разным уровнем. Мы что-то упускаем…
– Взрослую бабочку грета ото не едят птицы, – добавляю к рассуждениям, – потому что она для них неприятна на вкус.
– Всё равно логики в этом нет…
Дверь в спальню Эльви открылась, из-за неё высунулись две рыжие головки. Мы синхронно улыбнулись. Несмотря на беспокойство, с радостью смотрим на своих предназначенных.
– Хотите покажу фокус? – пищит Эльви.
Мы подходим ближе. Малышка вбегает в комнату, заскакивает на кровать и тут же с неё прыгает. Прозрачные крылышки подхватывают её, Эльви начинает кружиться в воздухе, крылья светятся золотым, с них слетает пыльца.
– Ты прекрасна, солнышко… – зачарованно говорит тётя Лаури. У неё в глазах собрались слёзы, дядя Элим тоже незаметно смахнул собравшуюся влагу.
– Кто самая прекрасная девочка на свете?! – кричит моя зеленоглазка, порхая по комнате. – Эльвия! Дори, кто самая прекрасная девочка на свете?
– Эльвия, – отвечаю с улыбкой.
– Эльвия! – звенит в ушах.
…Сон выталкивает меня. В голове всё еще звучит: «Эльвия – самая прекрасная девочка на свете!». В глаза бьёт ослепительный свет, быстро адаптируюсь, свешиваю ноги, на автомате иду в пустую комнату.
Я проспал всю ночь. Ощущение, будто видение длилось столько же, но я бодр. Мозг быстро воспроизводит сон. Записываю всё в деталях. Припоминаю время, которое мельком уловили глаза на настенных часах. Я точно знаю, какой это был день. Записываю дату, делаю красную пометку на стене.
– Грета ото… О господи… Эльви – бабочка грета ото.
После записей обдумываю. Что я должен изменить до этого дня, чтобы будущее взяло новый курс? Рассказать всё дяде Элиму, чтобы он был готов, чтобы обучал её по-другому? Пока что это представляется разумным. В том видении мы не были предупреждены. Значит, если я сообщу ему, это будет первый камень, который может что-то изменить. Я не вижу пока, существенно ли это, но понимаю, что нужно действовать.
Глава 8
На обдумывание ушло два дня. Сходил в библиотеку, взял все книги с упоминанием грета ото. Некоторые из них я уже читал, другие были для меня новыми. Проглотил одним махом, разложил в голове по полочкам. Картина не прояснилась, но мне стало спокойнее.
На стене появились новые записи. Запланировал рассказать дяде Элиму то, что узнал сам. Конкретно о питомце Эльви. Говорить её отцу о возможной гибели дочери не стану. Это тяжкий груз. Мне придется нести его самому. Не буду скрывать это от своего отца и прадеда. Но с папы нужно брать слово, что он не расскажет маме. Да и поговорить мне с ним давно пора.
– Пап, привет, – пришёл к нему на работу, чтобы не тревожить маму. – Я хотел с тобой поговорить.
– Конечно, сынок. Я уже закончил, собираюсь домой. Мама обещала запечь утку с яблоками. После тридцать пятых кулинарных курсов у нее прекрасно получается всё, за что ни возьмётся. Что скажешь?
– Звучит заманчиво, но я бы предпочел поговорить здесь.
Папа остановился. Смерил меня своим фирменным пристально-пронизывающим взглядом.
– Мне очень жаль, Дори, – говорит с сочувствием.
– Я всё исправлю.
Мы садимся на диван в его рабочем кабинете, секретарь подаёт нам чай, ждём, когда снова останемся наедине.
– Чем я могу тебе помочь?
– Я не знаю… – опускаю голову на руки, на глаза набегают слёзы. Отец прикасается к моему плечу, успокаивающе похлопывает, но я теряю контроль над эмоциями. – Пап, я не знаю, что делать… – шмыгаю носом, впервые за долгое время плачу.
– Ты справишься, Дори. Ты со всем справишься, – папа подбадривает, я вслушиваюсь и успокаиваюсь. Стыдно от того, что я раскис, но отец не обращает на это внимания. Без укора позволяет мне выплёскивать чувства. – Вспомни, кто ты. Дориан Хот-Девиль – самый одарённый маг, которого видела наша башня. Созданный тобой трекер зашкаливает от уровня твоих собственных сил. За свои сто десять лет я не встречал такого могущественного мага. А тебе только двадцать один… Сынок… Я понимаю, как тебе тяжело, но именно ты оказался в этой роли, потому что ты можешь всё исправить.