– Ты в порядке? – спрашиваю девушку, она быстро кивает. – Зайди, – открываю ей дверь, провожаю в квартиру. – Он больше не придёт. Не бойся, – глажу её плечо.
– Ты его не знаешь, – говорит с клацающими зубами.
– Он тебя не тронет, – к словам добавляю успокаивающую магию, но она отскакивает от Тины. Зубы продолжают стучать, хотя я накинул на девушку плед. Страх в её душе то притупляется, то вспыхивает вновь. Пытаюсь успокоить отвлеченными темами, вспоминаю все весёлые истории из собственной жизни. Список у меня не такой уж большой. Всего два-три забавных случая, которые можно рассказать без упоминания магии. В основном они касаются моей мамы и её кулинарных курсов.
– Спасибо, – глухо говорит Тина, и я возвращаюсь в реальность. – Он только пьяный такой, – оправдывает своего дружка, – обычно он нормальный…
– Ты достойна лучшего.
Тина грустно улыбается. Глаза заплаканные. На запястьях и шее синяки. Она пыталась отмыть эти места, но красные пятна посинели. Позже я понял, что она смывала не пятна, а грубые прикосновения и ощущение собственного бессилия.
***
Утром переместился в кондитерскую, набрал сладостей, стучу к Тине. По её примеру прохожу в квартиру без приглашения. Она осталась дома, взяла на работе больничный. Разъясняет мне, оправдывается, хотя я этого не жду. Теперь я своевольничаю на её кухне, завариваю чай на двоих. Она наблюдает. Точно так же, как во все предыдущие дни делал я.
Постепенно начинаем разговаривать. Не касаемся скользких тем. Делимся впечатлениями о прочитанных книгах. Тина весьма начитанная. Это удивляет, я ведь понимаю, что она читает книгу не за одну секунду. Это магам просто проглатывать целые энциклопедии. Быть умным без сверхспособностей куда сложнее.
– Дори… – аккуратно начинает Тина. – Я ничего такого от тебя не хотела… Думала, раз у тебя с девушкой ничего нет, а у меня тоже давно не было… Извини. Глупо было думать, что ты захочешь. Ты был почти голым, и я…
– И ты меня прости. Я не хотел тебя обидеть. А деньги все-таки возьми, – достаю из кармана свёрток, который только что туда переместил. – Ты их заработала. Всё честно.
Девушка долго отпиралась, не хотела брать деньги. Я всё пытался её понять. Она живет в плохих условиях, экономит на еде, копит на обучение, но при этом отказывается от достойной оплаты своего труда. Вскользь сказала, что у неё месячный оклад в три раза меньше, чем та сумма, которую я хочу ей заплатить. Это тоже дало мне почву для размышлений. Неужели немаги настолько не ценят свою жизнь? Она меняет своё время на скудное жалование, работает с утра до вечера, выполняет чужие приказы. У неё много талантов, но она сдерживает их, скрывает, а некоторых даже стыдится. С трудом уговорил показать свои рисунки. Они удивительны. А она краснеет и спешит забрать у меня альбом.
Мы провели вместе целый день. Вечером заказал себе огромный телевизор с экстренной доставкой. Тина отказалась идти в кино, пока у неё не пройдут синяки, так что я устроил кинотеатр дома. Ночью мой заказ привезли, всё установили, так что весь следующий день мы смотрели фильмы. Я вставал с дивана только для того, чтобы открыть дверь очередному курьеру. Объедались, смеялись, делились впечатлениями о каждом фильме. Не припомню, чтобы в моей жизни было более беззаботное времяпрепровождение.
На третий день я сдался. Сам полез к Тине целоваться. Она меня не оттолкнула, наоборот, залезла сверху, трется о мои натянутые брюки, я скольжу руками по её тонкой талии.
– У тебя есть презервативы? – шепчет, подставляя мне шею для поцелуев.
– Нет, – говорю сипло.
– Подожди.
Тина соскочила, побежала к себе, и я разочарованно вздохнул.
Прошёлся по комнате в один угол, затем в другой, три раза обошёл всю квартиру. В глубине грызет чувство вины. Я собираюсь заняться сексом с настоящей девушкой. И это не Эльви.
После часовой прогулки с комнаты в гостиную я понял, что Тина не придёт. Выглянул в общий коридор, посмотрел на её запертую дверь. Перед глазами мелькнуло видение. Она сидит за своим кухонным столом, быстро чертит линии на большом листе. Пальцы нервно дёргаются, но она продолжает рисовать. Затем резко поднялась, побежала ко входной двери, постояла около неё, вернулась. На столе рядом с хаотично разрисованным листом лежат два презерватива.