Кэрран махнул кораблю, и наша маленькая стая начала спускаться на пирс. Несколько мгновений спустя все стояли позади нас.
Лорелай поклонилась Мэхону.
— Приветствую Кадьяка Атланты.
Мэхон усмехнулся себе в бороду.
— Что произошло? Последний раз, когда я видел тебя, ты была вот такого роста.
Он показал рукой на уровне своей талии.
Лорелай улыбнулась.
— Я была не такой уж маленькой.
Мэхон хмыкнул.
Дальше подошла Тетушка Би. Она улыбалась так лучезарно, что мне захотелось надеть очки, а ее голос звучал настолько сладко, что можно намазывать на тосты.
— Так значит ты дочка Майка Вилсона. Должно быть, он очень гордится тобой. Ты настоящая красавица.
— Спасибо. — Лорелай чуть ли не светилась.
Ах, ты, наивная девочка. Если тебе улыбается буда — это недобрый знак. Особенно эта конкретная буда.
— Я здесь от лица Гагры, чтобы оказать вам гостеприимный прием в нашем прекрасном городе, — сказала Хибла. — Гагра приветствует вас всем своим теплом, озерами и водопадами, пляжами и парками. Но должна предупредить, если вы прибыли сюда с недобрыми намерениями, мы скормим ваши трупы воронам. Нам не составит труда убить каждого из вас.
— Прекрасная речь, — сказала ей Кира. Сестра Джима улыбалась, но это не смотрелось дружелюбно.
— Спасибо. Я долго над ней работала. Прошу, следуйте за мной.
Мы ушли с пирса вслед за ней и вышли на дорогу, вымощенную камнем. Хибла держала быстрый темп, рассказывая по пути хрипловатым голосом с легким акцентом:
— Добро пожаловать в Абхазию. Гагра — самое теплое место на черноморском побережье. У нас прекрасный микроклимат с теплыми зимами и комфортным летом. Вы найдете здесь множество прекрасных достопримечательностей.
Казалось, что она читает какой-то невидимый туристический буклет.
Кэрран смотрел на Лорелай, пока мы шли.
— Здесь растут различные фрукты: персики, хурма, абрикосы, гранаты, мандарины, лимоны и виноград. Наш регион славится своими винами.
Вот и прекрасно. Может мне удастся найти достаточно прочную бутылку, чтобы стукнуть Кэррана по голове и вбить туда немного здравого смысла.
— Какой стае вы служите? — спросил Барабас.
— Джигиты Гагры не связаны ни с одними из наших гостей. Мы верны местной стае и лорду замка.
Я будто попала в другой мир. Далеко за океаном, где стоят разрушенные небоскребы, и где есть лорды и замки. Конечно, технически Крепость представляла из себя своего рода замок, и люди называют Кэррана Царем, но местные оборотни делают это просто из практичности, как некоторые говорят «сэр». Она же произнесла это с торжественным почтением.
— Лорд замка — оборотень? — спросил Кэрран.
— Нет, он человек, — ответила Лорелай.
— Лорд Мегобари наш друг, — сказала Хибла. — Туризм всегда управлял нашей экономикой. После Сдвига регион развалился. Нас раздирали войны и природные катаклизмы. Наши города и наши жизни превратились в руины. Семья Мегобари помогла нам. Они построили больницы, восстановили дороги, возродили предпринимательство. Взамен они не просили ничего, кроме нашей защиты, которая с радостью была предоставлена.
Прекрасно. Очевидно, семья Мегобари — святые люди, и местная стая шакалов готова отдать свои жизни ради их безопасности. Принимая во внимание то, как мужчины смотрят на нас, нужно быть осторожными в общении с хозяевами, чтобы никого не обидеть, потому что эти джигиты относятся к своим обязанностям очень серьезно.
Мы прошли с Хиблой через город. Колдолампы Гагры светились бледным лавандовым светом, превращая монолитные каменные здания в прозрачные миражи. Магия струилась по узким, извилистым дорогам. Маленькие аккуратные улочки были вымощены камнем или все еще покрыты старым неровным асфальтом. Они все шли вдоль горного склона и поднимались вверх, а по обеим сторонам стояли дома всех форм и размеров. Персидская, греческая и современная архитектуры перемешивались между собой, словно кильватеры трех разных кораблей.
Мы прошли мимо величественного особняка, который могли бы построить для мавританского принца. Окруженный пальмами, он поднимался вверх, являя собой три этажа узких арочных окон, рельефных парапетов и узоров на каменных стенах, которые походили на легкие тонкие кружева. Должно быть когда-то дом был ослепительно белым, но сейчас краска облезла и стали просвечивать зеленые стены. Дальше стояло здание песочного цвета в греческом стиле с дорическими колоннами, а сразу за ним на горном склоне лежали руины современного многоквартирного дома. Казалось, что остальной мир находится в тысячах миль отсюда. Если мы когда-нибудь устанем от Стаи, или от жизни в ожидании того, что Роланд найдет нас, мы можем найти место вроде этого — тихий, укромный уголок земли. Никто никогда нас здесь не найдет.