Первый — как лев, но у него крылья орлиные; я смотрел, доколе не вырваны были у него крылья, и он поднят был от земли, и стал на ноги, как человек, и сердце человеческое дано ему.
У меня волосы на затылке встали дыбом.
Оборотень. Кошачий оборотень с крыльями, обладающий способностью превращаться в человека.
Я напрягла память, пытаясь вспомнить все, что я знаю о пророке Данииле. Он был потомком знатного иудейского рода и вместе с тремя другими попал в вавилонский плен около 600 года до нашей эры, где он служил советником при дворе вавилонского царя Навуходоносора II, который больше всего прославился в истории за строительство Висячих Садов. Даниилу часто снились пророческие и апокалиптические сны. Он дожил до глубокой старости — по любым меркам — сумев выжить при отравляющей политике Вавилона.
С чем мог столкнуться Даниил в Вавилоне, чтобы получить подобное видение? Только ассирийские ламассу лишь немного подходили под описание, но нет никаких записей о том, что они были оборотнями. Ассирия находилась в том регионе, который я отлично знала. Древняя Ассирия, Вавилон и Ниневия существовали задолго до того, как начали писать историю. Их можно было назвать могильными цветами, выросшими из мертвого тела некогда могущественной империи моего отца.
Часы говорили о том, что мне уже пора отправляться на встречу. Придется вернуться к этому позже. Я собрала книги в стопку в углу комнаты, взяла Библию и Альманах, быстро добежала до комнаты Дулиттла и постучала в дверь костяшками пальцев.
— Заходи! — крикнул Эдуардо.
Открыв дверь, я оказалась в огромной комнате, сравнимой по размеру с комнатами Десандры. Двери с обеих стороны были распахнуты: левая вела в спальню, правая — в ванную. По левой стене располагались два стола в форме буквы Г, их поверхности заставлены стеклянными пузырьками и мензурками. Дулиттл сидел в углу Г и смотрел в микроскоп. По правой стороне стоял кофейный столик в обрамлении двух больших мягких диванов. На ближайшем из них сидел Дерек с картами в руках. Свои карты он сложил в маленькую стопочку. Напротив него расположился Эдуардо, занимая весь диван. Он держал свои карты широким веером.
— Что значит «заходи»? Вы даже не знаете кто я.
— Конечно знаем, — ответил Дерек.
— Он учуял, как ты приближаешься, — сказал Эдуардо.
Вот что значит жить с волками. Ну почему я?
Я опустилась на стул рядом со столом Дулиттла.
Он поднял на меня взгляд из-под очков.
— Зачем вам очки? Разве Lyc-V не дает зрение двадцать к десяти[1]? — поинтересовалась я.
Дулиттл постучал по очкам.
— Да, но это дает мне двадцать к двум.
От его голоса с нотками Джорджии меня охватила такая тоска по дому, что мне захотелось обнять его.
— Как голова?
— Благоухает. — Дулиттл открыл холодильник рядом с ним. Внутри лежала отрезанная голова, завернутая в пластик и погруженная наполовину в лед.
— Есть информация?
Дулиттл откинулся на спинку стула.
— Это оборотень. Кровь реагирует на серебро, и в ней присутствует Lyc-V.
— Ага! Так значит, я не сумасшедшая.
— Ты определенно сумасшедшая, — сказал Дерек. — Но в безумном, очаровательном смысле.
Эдуардо фыркнул.
— Не заставляй меня подходить к тебе, — сказала я и снова посмотрела на Дулиттла.
— Они что-то буйные этим утром, — сказал он мне. — К сожалению, мои ресурсы здесь ограничены. У меня нет доступа ни к одному из методов генетического секвенирования, которые есть дома.
Было что-то еще, я это чувствовала.
— Но?
— Но существует тест Бравински-Дони.
— Никогда о нем не слышала.
Дулиттл кивнул с небольшой улыбкой.
— Это потому, что он не особо полезен в обычных обстоятельствах. Он не конкретный, но при этом очень надежный.
Он пододвинул ко мне деревянную подставку со стеклянными пробирками, наполовину заполненными кровью. На каждой пробирке был прилеплен идентификатор: медведь, волк, бизон, гиена, мангуст, шакал, рысь, барсук, лев и крыса.
Большинство образцов, скорее всего, были от нашей команды.
— Где вы взяли шакала, рысь и крысу?
— У местных, — ответил Эдуардо.
— Хибла расстроилась, — пояснил Дерек. — Когда ты сражалась, кто-то опустил решетку, блокирующую коридор. Механизм находился под охраной.
— Дай угадаю. Местного охранника убили зверским способам.
— Скорее всего, — сказал Дерек. — Парень пропал, оставив лужу крови. Хибла хочет знать, что происходит.