— Предан женщине, которая два года была твоей женой и сейчас носит твоего ребенка.
— Ты не понимаешь, каково это, — сказал Жерардо. — Никогда не знать, любит ли тебя твоя жена, или просто ждет нужного момента, чтобы ударить в спину, потому что так ей приказал ее отец.
Изабелла нахмурила брови.
— Мой сын заслуживает сильную и честную супругу, которая станет ему партнером и истинной альфой, вместо слабой дурочки, которая является лишь обязательством. Этот разговор абсолютно бессмыслен. — Изабелла посмотрела мимо меня на Мэхона. — Мы все знаем, что человека заменили. Вчерашний ужин тому доказательство.
Что произошло вчера вечером?
Мэхон подался вперед, опустив руки на спинку моего кресла. Дерево затрещало под давлением его пальцев.
— Она заслужила мою преданность. Больше не смей оскорблять ее.
И тут весь мир встал с ног на голову.
— Хорошо, — сказала Изабелла. — Можешь притворяться дальше, а я не буду. Она сама все прекрасно знает. Нужно лишь видеть ее лицо, когда Лорелай Вилсон входит в комнату. — Она посмотрела на меня. — Ты словно открытая книга, и ты знаешь, что осталась в стороне. Забирай своих зверушек и оставь нас в покое.
Я поднялась.
Мэхон посмотрел на Жерардо.
— Ты не сможешь вечно держаться за мамину юбку.
Оборотень оскалил зубы.
— Хватит. — Изабелла встала и ушла прочь. Ее волки последовали за ней. Через мгновение мы остались одни.
— Что произошло за ужином? — спросила я, как только они вышли из зоны слышимости.
— Лорелай сидела рядом с Кэрраном, — ответил Барабас.
— На моем стуле?
— Да.
Кэрран солгал мне. Осознав это, я будто получила удар кулаком в живот.
Он пришел в комнату Десандры, лежал рядом со мной, обнимал меня и говорил, что мне не надо беспокоиться о Лорелай, и все после того, как она сидела на моем стуле за ужином. Он уж точно знал, какой сигнал это подаст всем остальным. Она буквально заняла мое место, и он это позволил.
Вселенная вышла из-под контроля, но я старалась держаться, как могла. Мне нужно закончить работу. Я не могу сейчас бросить все и бежать на поиски Кэррана, чтобы дать ему по морде. Не важно, как сильно мне этого хотелось. Не важно, какой сильной была моя боль.
Мне удалось выдавить из себя несколько слов.
— И ты не подумал упомянуть об этом?
Барабас вздохнул.
— Я не хотел расстраивать тебя. Я не ожидал от них подобной прямоты. Они не хотели отвечать на вопросы, поэтому пытались использовать любую слабость.
Кэрран солгал мне. Эта мысль никак не укладывалась в моей голове. Всю мою жизнь сначала Ворон, потом Грег учили меня никому не доверять. Доверие, близость и абсолютная честность с кем-либо были не для меня. Это роскошь, которую человек с моей кровью не может себе позволить. Я наплевала на это и доверилась ему. Я доверилась ему настолько, что даже сейчас, столкнувшись с доказательствами его предательства, я ищу возможные объяснения. Может это часть его плана, который у него все же есть, хотя он говорил обратное. Может…
Я подавила в себе эту мысль и разбила ее на кусочки. У меня есть работа. Потом во всем разберусь. Я сунула осколки в то же темное место, где уже лежало все остальное. Они задели меня, скатываясь вниз. Моя кладовка проблем, которые я не могу решить, все больше заполнялась. Осталось не так много места.
— Кто следующий? — спросила я.
— Волкодавы, — ответил Барабас.
— Веди.
Волкодавы встретились с нами в их комнатах, в просторной общей гостиной. Виталий, глава клана и брат Радомила, пожал мне руку. Высокий и светловолосый, как Радомил, он тоже был красив, но его чертам лица не хватало того совершенства, которым обладал его брат.
Я села на стул. Радомил устроился напротив меня.
— Где Иванна? — спросила я.
— Она скоро будет, — ответил Виталий.
Я задала им те же вопросы и получила те же самые ответы. Да, они были в своих комнатах; нет, они не могут подтвердить это; и они не сделали ничего, чтобы помочь нам и не проверяли Десандру. Радомил хотел пойти, но Виталий не позволил ему, потому что «Десандра милая девушка, но не стоит того, чтобы пострадать из-за нее».
— Послушайте, — сказал мне Радомил на ломаном английском. — Мы не против разговора с вами, но это не поможет. Вы и девочка Вилсона, это все усложняет. Вы не замужем.
По моей душе будто возят теркой для сыра. Да, я знаю, я не замужем. Да, Лорелай сидела рядом с Кэрраном за ужином. Я здесь не вписываюсь, я всего лишь человек и меня заменили…
— Могу я увидеть Иванну, пожалуйста?
Виталий вздохнул и крикнул: