— Что это за чертовщина?
— Видела когда-нибудь такое? — спросила я.
— Нет.
Ее ответ показался мне искренним. Я видела различные виды самых странных существ, но такого я тоже никогда не встречала.
Тело дернулось. Андреа вскинула свой арбалет. Я вскочила на ноги.
Золотистая чешуя забурлила, как расплавленный металл, и растаяла. На месте существа в коридоре осталось обезглавленное человеческое тело. Я толкнула теперь уже человеческую голову, чтобы увидеть лицо. Мужчина около сорока лет. Каштановые волосы, темная борода. Никогда его раньше не видела.
Андреа выругалась.
Я наклонилась, пытаясь не морщиться на протесты моей груди, подняла голову за волосы и показала лицо Десандре.
Она покачала головой.
— Может, кто-то в зале знает его. Стоит пойти и спросить.
Андреа кивнула на коридор.
— Здесь есть твоя кровь?
— Теперь это уже не имеет значения, правда?
Хью заманил меня в этот замок, хотя это стоило ему немалых проблем. Он бы не стал этого делать, если бы не был уверен в том, что скажет ему моя кровь: я дочь его босса.
— Да, наверно, ты права, — согласилась Андреа.
Мы пошли дальше по коридору, в другую сторону от решетки.
— Что мы будем делать с Хью? — спросила Андреа.
— Ничего, пока не узнаем его план.
— Кто такой Хью? — спросила Десандра.
— Один наш общий знакомый, — ответила Андреа. Мы повернули за угол и прошли еще один коридор. Звуки из зала становились все ближе.
Десандра внезапно остановилась и накрыла живот руками. Ее лицо выглядело вялым.
— Что такое? — спросила я.
— Кто-то только что пытался убить моих детей. — Десандра моргнула и ее вырвало на пол.
Глава 8
Я вошла в главный зал с мечом в одной руке и с отрезанной головой в другой. Один за другим люди переставали делать то, что делали, и поворачивались посмотреть на меня. Их ноздри раздувались по мере того, как запах крови расходился по залу. Все разговоры стихли.
Хью увидел меня и замер. Либо он был чертовски хорошим актером, либо понятия не имел, что сейчас произошло.
Кэрран привстал со своего места. Я знала, что он увидел. Двадцать минут назад я просто ушла в дамскую комнату, а сейчас мое платье свисало лохмотьями с одного бока и было пропитано кровью. Мое лицо и руки тоже были в крови. Позади меня Андреа поддерживала Десандру, которая побледнела, как простыня.
Я подняла отрезанную голову.
— Чей это человек?
В ответ тишина.
— Он превращается в существо семейства кошачьих с крыльями. Наверняка кто-то его знает.
Вдруг тишину нарушили медленные, размеренные аплодисменты. Джарек Крал улыбнулся мне.
— Прекрасная шутка. Очень смешно.
Я убью этого человека, прежде чем все это закончится.
— Ты знаешь этого человека?
Джарек развел руками.
— Его никто не знает. Ты приносишь нам это, рассказываешь какую-то дикую историю, и что мы должны сделать?
— Это был монстр
— Мы все здесь монстры. Или ты забыла? — Джарек хихикнул. Его оборотни заулыбались.
Десандра выкрикнула что-то на языке, которого я не понимала. Джарек с ухмылкой рявкнул что-то в ответ.
— Насколько мы знаем, это может быть голова какого-нибудь слуги. — Джарек наклонился вперед и посмотрел на Кэррана. — Может, скажешь своей человеческой зверюшке, чтобы она перестала рубить головы обслуживающему персоналу, а то мы не дождемся вина.
Люди засмеялись.
На руках Кэррана появилась серая шесть, и тут же растаяла.
— Что такое? — Джарек поднялся. — Что, мальчик? Хочешь что-то сделать?
Кэрран взялся руками за стол. Это был очень большой стол весом больше двух тысяч фунтов.
Стол затрещал и оторвался от пола.
Смешки вокруг стихли. Люди уставились на него с замершими лицами.
Кэрран продержал стол в футе над землей долгие несколько секунд. Его лицо не показывало ни капли напряжения.
Кто-то подавился.
Кэрран поставил стол, оттолкнув его в сторону Джарека.
— Спасибо за ваше гостеприимство, — произнес он. — Думаю, мы закончили с ужином на сегодня.
Он сошел с платформы. Наши люди поднялись с мест и пошли вслед за ним через зал. Дойдя до меня, он обнял меня рукой, и мы наконец-то ушли оттуда.
*** *** ***
— Как оно выглядело? — спросил Мэхон.
Мы оставили Десандру в ее покоях. Тетушка Би и Джорджи решили провести ночь вместе с ней. Остальные собрались в нашей комнате. Стоило Дулиттлу посмотреть на меня, как мне тут же пришлось смириться с предстоящим осмотром. Затем в меня тыкали, промывали раны, и теперь он тихо бормотал заклинания на исцеление.
— Около шестидесяти пяти дюймов в холке, определенно кошачьего происхождения, покрыто янтарной чешуей. Чешуйки толстые, полупрозрачные, с острыми краями. И еще крылья. — Я покачала головой. — Понятия не имею что это такое. Кто он такой.
Мэхон посмотрел на Андреа.
— И ты тоже его видела?
— Хочешь сказать, Кейт лжет? — сухо спросил Барабас.
— Да, видела, — ответила Андреа. — Она распилила ему шею серебряной цепочкой. Это не галлюцинация.
Дулиттл закончил заклинание, и по моему боку прошел долгожданный успокаивающий холодок.
— Как новенькая.
— Спасибо, Док.
Края раны сомкнулись. Без Дулиттла мне бы понадобилось накладывать швы.
— Крылья? — просил Дулиттл.
— Крылья.
— С оперением?
— Практически, — сказала ему Андреа. — Перышки не сформировались до конца. Каждое похоже на волосок с небольшим пушком.
Дулиттл нахмурился.
— Видите ли, чешуя добавляет вес…
— Это бессмыслица, — сказала я. — Я знаю. Но именно такое существо я убила.
— Крылья еще не означают, что оно может летать, — заметил Мэхон. — Они могут быть рудиментарными.
— Они точно выглядели неправильными, — сказала я.
Дулиттл кивнул.
— Я исследую голову.
Мэхон посмотрел на Кэррана.
— За ужином я разговаривал с Волкодавами и Belve Ravennati..И те, и другие уверены, что Джарек хочет убить свою дочь. Когда он изначально пообещал перевал, тот был одним из четырех проходов через горы. Теперь, после нескольких природных катастроф, он стал один из двух. Он сделает все, чтобы оставить перевал себе.
— Слишком очевидно для Джарека, — возразил Барабас. — Я изучал его поведение, он любит перекладывать вину на кого-то другого. Он бы использовал рысь или волка, чтобы ткнуть пальцем в какую-то из стай. Вместо этого послали существо, которое никто никогда не видел.
— Вопрос почему? — сказала Кира. — Пока лишь у Джарека есть очевидный мотив. Если Десандра умрет, ему не нужно будет отдавать перевал.
— Если она умрет, он может распрощаться с возможностью получить внуков, — сказал Барабас.
— Две другие стаи ненавидят его, — сказал Мэхон. — Если Десандра родит, они не отдадут ему детей. Он мог решить, что сохранение перевала ему важнее.
— Достаточно, — сказал Кэрран. Все замолчали. — Мы в режиме полной боевой готовности. Перемещаемся только группами. Запираем все двери. Никто не ходит по-одному и не остается нигде в одиночку. Если вам нужно в туалет посреди ночи, вы должны разбудить тех, кто находится рядом, и идете все вместе.
— Утром нам необходимо устроить совещание, — сказала я всем. — Установить смены по охране Десандры, разработать расписание. Встречаемся в комнате Дулиттла в восемь.
— В девять, — сказал Кэрран. — Сейчас ей нужен отдых.
Все вышли из комнаты. Кэрран запер дверь и присел передо мной.
— В душ?
— Да, пожалуйста.
Он исчез в ванной. Звук бегущей воды показался мне райским шепотом. Внезапно я почувствовала себя ужасно усталой. Я заставила себя подняться и поплелась в ванную. Меня ждал душ в кабинке, выложенной плиткой, за полупрозрачной фиолетовой занавеской на изогнутой штанге. От струй шел густой пар. Я дернула молнию на платье. Заело.
Кэрран подошел ко мне и аккуратно положил руки мне на плечи. Послышался звук рвущейся ткани, и остатки платья упали на пол.
— Спасибо.
Я скинула рваное нижнее белье, расстегнула лифчик, бросила все на пол и шагнула под душ. На меня полились горячие струи. Вода под ногами тут же покраснела. Я закрыла глаза и просто стояла, глубоко дыша. Вдох, выдох. Битва закончилась. Война только началась.
Я проверила свой бок. Дулиттл настоящий кудесник. Небольшие царапины уже полностью затянулись, оставив на коже лишь светлые полосы. Я взяла шампунь и вспенила его в волосах. Запахло жасмином. Затем я взяла мочалку и начала тереть кожу: шея, грудь, живот, плечи…
Кэрран протянул руку над моим плечом, и я поняла, что он стоит обнаженный в душе позади меня. Он забрал мочалку из моих рук и потер мне спину. Вода продолжала падать на нас. Он обвил меня руками. Я почувствовала, как его мускулистое тело прижимается и скользит по моей спине. Во всем мире не было лучше места, чем его объятия.