И лорд Директор и Магистр отрицательно покачали головой. Об отношении эльфов к потомству знали все. Эти, практически бессмертные жители трёх империй, решались завести ребёнка, уже изрядно пожив на этом свете. У эльфов были священны жизни матери и ребёнка. Посмевшего причинить им вред, чаще, просто уничтожали, если же нарушителем был эльф, то всю его семью до пятого колена облагали штрафом, а самого эльфа изгоняли. В изгнании эльф обычно мог прожить очень недолго, так как за пределами территорий эльфов, на него объявлялась настоящая охота, родственники пострадавшего ребёнка или матери, жестоко мстили. А уж, чтобы маленький эльфёнок заболел, это с одними из лучших целителей и лесами, где растут самые ценные в целительстве травы, было сложно такое даже представить. Да и до двадцати лет у эльфят здоровье всегда было идеальное, практически, исключая детскую смертность. Впечатлившись, маги ожидали дальнейших разъяснений. Дроу не стал их томить:
- Так вот, начали заболевать дети. Сначала, это были трое детей с окраин Тёмного Леса. Симптомы болезни весьма необычны, по крайней мере наши целители никогда с подобным не сталкивались. Все тело эльфят покрывается гнойными язвами, поднимается высокая температура и происходят частые потери сознания. Причины заболевания мы так и не смогли определить. Нашим целителям не удаётся вылечить детей, но более того, даже облегчить их состояние мы не в силах, – в голосе эльфа слышалась боль, он весьма болезненно воспринимал то, о чем говорил, - На данный момент один из детей уже погиб, ещё двенадцать в весьма плачевном состоянии. Все, что нам удалось выяснить, это что болезнь необычна, незаразна, появляется у детей, даже не общавшихся между собой ни разу. Саму болезнь детей мы держим в строжайшей тайне, чтобы избежать паники, но жители начинают волноваться. К вам в Академию мы решили обратиться за помощью, лишь испробовав все способы лечения, какие знаем сами. Дело в том, что мы практически уверены, что в болезни детей повинен один из Отступников, уж очень чужая для нас эта аура болезни, идущая от детей. Очень похоже на проклятие. А у вас с Академии учатся и преподают одни из самых лучших Отступников-некромантов современности. К тому же мы наслышаны про юную магичку, обладающую одновременно и магией смерти, и магией жизни. – Эльф многозначительно посмотрел на Магистра Орлидэра, в волосах которого извивались разноцветные змейки.
- Да, мы знаем о способностях вашей дочери, Магистр. Такие ценные кадры очень быстро становятся знамениты в определенных кругах, – советник, лишь пожал плечами, в ответ на враждебный взгляд мага Стихий.
- Я не воевать сюда пришёл, Магистр. Любой Правитель отслеживает лучших студентов во всех Академиях. Это нормальная практика, не мне вам рассказывать об этом. Нам нужна помощь, господа маги. И чем скорее она подоспеет, тем лучше. Дети — это все самое святое, что у нас есть. Как нам известно, скоро десятый курс ваших студентов отправиться на годичную практику. Я имею смелость попросить вас отправить на практику самую сильную тройку студентов в Тёмный Лес. И хоть мы и придерживаемся политики, что представителям иных рас, кроме эльфов, нет ходу в наши Леса, но у нас попросту нет выбора. Возможно, это последний шанс понять, кто же так невзлюбил темных эльфов, что готов уничтожать наших детей. И, конечно же, мы считаем, что юные пытливые умы ваших студентов, смогут найти способ вылечить уже заболевших и предотвратить заболевание остальных детей.
Повисло долгое молчание, Магистры переваривали только что услышанное. Каждый прекрасно понимал, что отказать они не могут. Ссориться с эльфами, смерти подобно. Но и отправить лучших студентов в Империю дроу, куда не отправляли на практику ещё ни разу, было опасно. Директор прочистил горло и спросил:
- Мы сочувствуем вашей беде, Советник. Можем ли мы узнать, кого именно из студентов, вы хотите пригласить к себе на практику?
- Я думаю, вы уже догадались, что одной из троих, мы выбрали дочь Магистра Орлидэра. Адептка Анесстесия Рондвэлл обладает огромным потенциалом к магии, является сильнейшим некромантом в Академии, и, что немаловажно, имеет чуткое, доброе сердце. Так же нам сообщили, что у этой юной особы необычайно развито чутье на всевозможные загадки, и она не успокаивается, пока не разгадает эти загадки. То, что нам сейчас и надо.
Директор Стефан поднял руку, прося дать ему высказаться.
- Не могу сказать, что мне нравится, что в моей Академии кто-либо доносит информацию ко двору Темных эльфов. Но, с этим ничего поделать нельзя, шпионы всех государств, были, есть и будут крутиться вокруг Академии Магии. Я хотел сказать о другом. Вы уверены, что хотите видеть у себя именно эту адептку? – увидев утвердительный кивок, Директор продолжил: - Видите ли, эта девушка несколько склонна к разрушениям, своенравна и абсолютно не признает авторитетов. В чем вы можете убедиться, взглянув на шевелюру Магистра Орлидэра, а ведь его то она искренне любит и уважает. Я думаю, несколько неосмотрительно пускать её в столицу Темных эльфов.