– Зачем ты меня остановила? – спросил Мэтью, когда все посторонние наконец исчезли из виду. – Мы должны были ему обо всём рассказать!
– Нет, не должны были. Ни в коем случае. Ты же видишь, как он лжёт всем вокруг? Лорд Скиннер – вовсе не замечательный человек, Мэтью! Он куда больше знает о магии фей, чем показывает в открытую. Пожалуйста, подумай головой. Смотри, он то и дело приглашает нас на ужин, постоянно расспрашивает меня про магические зеркала. Это что-то неестественное.
Дверь особняка Футеров внезапно распахнулась.
– Мистер Харкурт! – позвал голос лорда Скиннера.
Эйва слегка задохнулась от неожиданности.
Лорд Скиннер смерил её пронзительным взглядом.
– Наша совместная работа продолжится по расписанию, – сказал он. – В следующий раз приходите в понедельник, в половине девятого. Это всё. Есть ещё какие-то вопросы?
У Эйвы перехватило дыхание.
Мэтью стиснул кулаки, а потом медленно покачал головой:
– Нет, благодарю, больше вопросов нет. Спокойной ночи, лорд Скиннер. Пойдём, Эйва.
Он зашагал прочь с такой скоростью, что Эйве пришлось догонять его бегом.
– Ты наконец-то мне поверил! Правда же, поверил?
– Может быть. Я ещё не уверен, – Мэтью замедлил шаг. – Прямо сейчас я просто не знаю, что думать. Пожалуй, лучше будет молчать обо всём произошедшем, пока мы не разберёмся в точности, что происходит. Люнетт и Хоуэлл могут остаться у нас на эту ночь, а завтра… Что же, посмотрим, что нам принесёт завтрашний день. – Он заставил себя улыбнуться. – Главное – сохранять наш семейный дух авантюризма.
Эйва заключила его в объятия.
– Спасибо тебе.
Тем временем резко похолодало. Фонари на главной улице тускло мерцали, из-за чего всё вокруг выглядело странным, иномирным. Миссис Футер тихонько скулила.
Эйва не могла сдержать внезапную дрожь. Теперь она была хранительницей пророческой книги. А ещё она была связана магическими узами с мальчиком из народа фей. И при этом за ней следил лорд Скиннер.
Глава 17
Кстати, если вы вдруг начали бояться зеркал в собственном доме и ждать, что через них вот-вот полезут чудовища из мира магии – не переживайте. Почти наверняка ничего подобного не случится. А если всё же случится, преждевременные переживания ничего не изменят.
На следующее утро Хоуэлл проснулся от того, что на лицо ему падал странный, необычно тёплый солнечный луч. Пару минут мальчик полежал неподвижно, не понимая, где он и почему под ним твёрдый пол, а потом вдруг вспомнил всё разом и сел, отбросив одеяло. В голове крутились говорящие скелеты, летящие осколки стекла, прыгающие лягушки и книги, отпускающие ехидные замечания. Он потёр лицо ладонями и почувствовал исходящий от рук запах лаванды.
Вдруг он понял, что только что слышал чей-то голос, и обернулся к двери. На пороге стояла Эйва. Вместо привычного Хоуэллу тёмно-серого платья на ней было другое, золотисто-коричневое, и волосы её были собраны заколками, отчего она выглядела старше, чем вчера. Хотя, может, в этом была виновата бессонная ночь.
Ни она, ни её брат особенно не разговаривали со своими гостями, когда вчера вечером вернулись из дома Футеров. Сказали только, что Хоуэлл и Люнетт могут переночевать у них, но из того факта, что они принесли с собой также и миссис Футер в её собачьем обличье, мальчик сделал заключение, что встреча с мистером Футером прошла не слишком удачно.
– Сегодня воскресенье, – сказала Эйва. – Мы должны пойти в церковь, иначе местные начнут судачить, почему нас нет. Мэтью считает, что вам с Люнетт лучше пока оставаться здесь. Вы голодные? У нас есть колбаски, бекон и яйца. А ещё сыр и хлеб. Что ест ваш народ?
Желудок Хоуэлла громко заурчал. Последний раз он ел вчера пополудни и то едва успел заморить червячка.
– Еду, – произнёс он. – Я ем еду. Всё что угодно. Спасибо.
Они продолжали рассматривать друг друга. Эйва в зеркале выглядела совсем иной, чем девочка, которая сейчас стояла в дверном проёме. Там и тогда она казалась такой уверенной в себе… А здесь и сейчас она то и дело отводила глаза и теребила подол платья, как если бы оно было ей слишком тесно.
Хотел бы Хоуэлл знать, что сейчас происходит во Внеуайзе. Мистер Боунз наверняка уже проведал, что они сбежали. А что думают обо всём этом мастер Тьюдур и Уилл?
Хоуэлл взъерошил пятернёй непослушные волосы.
– Значит, мы с тобой теперь хранители Той Самой Книги. Это наше общее дело.
Эйва кивнула.
– Книга сказала, что мы с тобой связаны, но я не понимаю, как это может быть. Мы же из разных миров.
«Но ведь и наши миры связаны», – подумал Хоуэлл. Связаны договором и зеркалами.