– Мистер Боунз запретил его трогать, – в ужасе сказал Уилл. Его хныканье начинало не на шутку раздражать Хоуэлла.
– Какой же ты трус, – вздохнул он. – Бьюсь об заклад, ты даже не попробовал вступиться за мастера Тьюдура? Ты только о своей шкуре и думаешь.
Глаза Уилла вспыхнули гневом.
– Я не трус.
– Тогда докажи это. Ослушайся мистера Боунза. Разбей зеркало.
Вместо этого Уилл бросился на него.
Он ударил товарища кулаком прямо в лоб, и из глаз Хоуэлла посыпались искры. Тот ответил ударом на удар, даже не задумываясь.
– Хватит! – во весь голос вскрикнула Эйва.
От неожиданности оба мальчика замерли. Уилл отступил на шаг, лицо его пылало, взгляд был злобным.
– Ты ещё будешь указывать мне, что мне делать?!
– На самом деле, я имею на это право, – сообщила Эйва. – Я ведь человек, а значит, я могу отдавать тебе приказы, и ты обязан подчиняться.
Уилл стиснул кулаки.
– Только не по эту сторону зеркала!
Но в глазах его Хоуэлл увидел сомнение.
– Хочешь испытать, работает ли это? – спросила Эйва. – Может, мне приказать тебе встать на голову или совершенно раздеться? – в глазах её блестела сталь. – Или лучше приказать тебе сделать нечто более опасное, например, пойти к мистеру Боунзу и доложить ему, что ты сам – предатель и тебя нужно запереть в темницу «Растущей Луны»?
Она выглядела такой маленькой и обыкновенной в своём сером платьице, с пятнышками грязи на руках и на лбу, но взгляд её был непреклонным и жёстким. Хоуэлл с восторгом обнял бы её, если бы посмел. Сейчас, похоже, она была скорее в настроении драться, чем обниматься.
Плечи Уилла поникли.
– Я же просто исполняю приказы. Это не моя вина.
Ровно эти же слова сказал тогда Льюэл – «Мы просто исполняем приказы». Хоуэлл решительно зашагал к дверям.
– Сейчас мы уходим, и для тебя будет лучше, если ты никому не скажешь, что видел нас. Иначе Эйва вернётся и тоже отдаст тебе парочку приказов. А пока ты мог бы, например, прибраться в галерее.
Он открыл дверь и выглянул на улицу. В воздухе клубился туман, свиваясь в знакомые узоры. На этот раз он пах розами и спитым чаем. Дом. Хоуэлл сам поразился, как сильно он, оказывается, скучал по Внеуайзу.
Глава 28
Уайз, Виктория-роуд, дом номер 58. Туман проникает в дом сквозь разбитое окно и зависает над столом, накрытым к ужину. Вскоре в столовую входят жители дома и видят, что скатерть превратилась в змею и жадно пожирает их сэндвичи.
А в городском театре… Нет, поверьте, вы не хотите знать, что происходит в театре! Достаточно того, что в этом участвуют сиденья-людоеды и звучит очень много человеческих криков.
Чарльз сидел в пустой спальне, раскрыв свой блокнот будущего полицейского.
Мистер Боунз, записал он – и дважды подчеркнул это имя. А потом дописал: лорд Скиннер. На полу стояло четыре пустых кружки: ему пришлось самому выпить всё подогретое молоко. Жалко было бы дать ему пропасть. Сёстры Чарльза давно уже легли спать, где-то час назад он слышал, как в свою спальню поднялись родители. А сам он никак не мог уснуть. Нужно было ещё поспорить с Эйвой и Хоуэллом, настоять на своём, убедить их, что он просто обязан отправиться с ними!
Лорд Скиннер хочет, чтобы Эйва и Хоуэлл открывали для него зеркала, писал он в детективном блокноте. Зачем это ему нужно? Чтобы обрести в Уайзе ещё больше власти и влияния? И почему Эйва так странно себя вела? Что она скрывает?
Слишком много вопросов – и ни единого ответа. Чарльзу куда лучше удавались полевые расследования, чем кабинетные размышления.
Церковные часы пробили одиннадцать. Лорд Скиннер, должно быть, уже вернулся в «Убывающую Луну» несколько часов назад, волнуясь, отчего Эйва и Хоуэлл не пришли на назначенную ими же встречу.
Миссис Футер начала тихонько подвывать.
Это не к добру, подумал Чарльз. Он не мог просто так сидеть дома и ничего не делать! В «Убывающей Луне» в это время может происходить всё что угодно…
Он отложил свои записи, бесшумно спустился вниз, прошёл мимо спальни сестёр и тихо постучал в дверь родительской спальни.
Чарльз всегда ненавидел делать что-нибудь только потому, что иначе мама выглядела бы слишком разочарованной таким сыном, как он. К счастью, на этот раз ни один из его родителей не тратил времени на ворчание, когда он объяснил, что и почему хочет сделать.
Они просто быстро встали с постели и начали одеваться.
– Тебе нужно было сразу нам всё рассказать, – сказал отец. – Сделай ты это раньше, я бы уже успел сходить к констеблю Блэксону и попросить его о помощи.